Скажешь, что упустила льепхена, и я застал тебя за этим. А про то, что ты схватила его за хвост, умолчишь. А еще будешь молчать о том, как я тебя вылечил. Ни единая живая душа не должна узнать об этом. Тогда я не буду писать на Север и сделаю так, что ректор тоже не будет жаловаться.
Он повел плечами, как будто рисунок на спине доставлял ему неудобство. Я поспешно закивала. От такого предложения не отказываются. Но теперь меня еще больше интересовала эта странная магическая татуировка.
Я не выдержала и спросила:
– Это… ваша родовая магия? Она секретная?
– Вроде того, – сухо бросил декан.
– Руки.
Я покорно протянула ему ладони. Глубокие кровоточащие порезы превратились в ссадины. Декан откупорил одну из склянок и начал обрабатывать царапины. Когда с этим было покончено, и я опустила руки, он приказал:
– Еще локти. Закатывай рукава.
Надо же, и это заметил. Я попыталась отказаться:
– Не стоит…
– Я сказал, закатывай рукава, – жестко повторил Бланко.
Пришлось делать, что он сказал. Но, расстегивая манжеты, я проворчала:
– Что вы со мной, как с ребенком?
– Ты и есть ребенок.
– Ничего подобного, – возразила я, отдирая от ссадины присохший рукав. – Я совершеннолетняя.
– Судя по твоим поступкам, годы тебе разума не прибавили.
Я насупилась и попыталась снова закатать рукав, но вырваться из хватки декана было невозможно. Поэтому безропотно позволила ему обработать ссадины и задала вопрос:
– Вы поможете мне найти льепхена во дворе? Си… мне сказали, что у него под луной магическая маскировка срабатывает.
Но я думаю, что если мы возьмем еще колбасы…
Бланко едва не выронил бутылек от этого предложения. А затем покачал головой:
– Колбасы? Нет, я сейчас подниму стражу и младших преподавателей, прочешем замок. Эта тварь очень опасна, как ты видишь. Правда, никому больше не придет в голову хватать его за хвост. Кстати, про маскировку тебе разъяснили, а про хвост умолчали…
Он сделал многозначительную паузу, и я вспомнила:
– Мне говорили что-то еще, но я недослушала.
Наверняка Тито хотел предупредить меня про злополучный хвост. Но я так спешила поймать льепхена, что пропустила его последние слова мимо ушей.
Кажется, у декана уже не осталось сил удивляться. Он направился к камину и приказал:
– Возвращайся в общежитие. Завтра тебя ждет вызов в ректорат. И помни: все, что случилось в этой комнате, должно стать нашим секретом.
Я кивнула и пошла к выходу. И только у порога спохватилась:
– А… какое будет наказание?
Глава 6.
