Кажется, Тито добавил что-то еще, но я уже не слушала, а быстро шла в сторону столовой и кухни.
Там я не нашла следов льепхена. Но зато разжилась палкой колбасы. Правда, для этого пришлось испортить засов. Желудок печально сообщил, что мне бы тоже не мешало поесть. Но я отломила кусок колбасы и пошла дальше, надеясь, что чуткий нос ящеропса приведет его к еде. С той стороны, где остались мои товарищи, не доносилось ни звука, и я сделала вывод, что беглеца пока никто не встретил.
У дальней лестницы мне повезло. На ступеньках мелькнуло что-то темное, и я во весь опор понеслась туда, размахивая колбасой.
Запах возымел действие. Зверь остановился на середине лестницы и вытянул шею. В слабом свете магических ламп он совсем не выглядел страшным и все больше напоминал покрытую чешуей гончую с вытянутым, массивным телом и мощными когтистыми лапами.
Я остановилась на несколько ступенек ниже и помахала колбасой. А потом, поразмыслив, ласково заговорила:
– Иди сюда. Хороший песик… Смотри, что у меня есть.
Я вытянула руку и попятилась, надеясь, что ящеропес последует за едой. Но не тут-то было!
Зверь обиженно посмотрел на меня, и в этом взгляде читалось: «Я что, по-твоему, совсем дурак?» Затем он развернулся и потрусил прочь. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
Льепхен теперь не спешил убегать, а держался на таком расстоянии, чтобы я не отставала. Но догнать себя тоже не позволял. Я сообразила, что ловить когтистого зверя голыми руками несподручно, и сняла пиджак. Это словно послужило командой для ящеропса.
Он припустил вперед, и мне пришлось бежать за ним со всех ног. Теперь мы неслись по второму этажу. В какой-то момент показалось, что пес хочет куда-то свернуть, и я рискнула. Щелкнула пальцами, призывая свою магию.
Алый фейерверк вспыхнул у поворота, с треском рассыпая искры. Я добилась своего, льепхен шарахнулся от него и побежал дальше. Правда, вышло громче, чем я ожидала. Но это у меня никогда не получалось рассчитывать…
Когда из-за следующего поворота вышли люди, я даже не затормозила.
Льепхен промчался мимо четверки адептов во главе с Адрианом. Я успела отметить вытаращенные глаза своих однокурсников и потертый сюртук в руках Ливианы. Кажется, к утру о моих подвигах будет знать все общежитие.
Никто из адептов не попытался мне помочь. Впрочем, от Адриана я другого и не ждала.
Безумная гонка продолжалась. Впереди показалась лестница, и я испытала облегчение. Та самая, по которой я поднималась в первый день.
