Почувствовав, как сильно закружилась голова, я устало посмотрела на стоявшего передо мной Артура и сказала не без жалобных ноток в голосе:
– Пожалуйста, не уходи. Не уходи, иначе я зареву от бессилия.
Мои слова оказали на Артура должное действие. Он подошел ко мне ближе и слегка обнял:
– Только обещай, что не будешь больше пить спиртное. А то тебе не только трупы в багажнике, но и вообще непонятно что мерещиться будет.
– О боже, я устала тебе доказывать, что я не верблюд! – Оттолкнув его, я с огромнейшим трудом сдержала слезы, которые уже застилали глаза, и указала ему на дверь: – Уходи.
– Как скажешь. – Артур направился к двери и принялся надевать ботинки.
– И тортик свой забери, все равно его здесь есть некому.
– Проголодаешься, съешь.
– Даже в голодный год я не буду есть торт.
– Не зарекайся.
Артур обул ботинки, взялся за дверную ручку и с надеждой в голосе спросил:
– Может, как-нибудь в кафе посидим? Еще позвонить можно?
– Если осторожно, – буркнула я.
– Так можно или нельзя?
– Толку с тебя мало. Ты ведь даже одну беду на двоих разделить не можешь.
– Могу, только если эта беда реальная.
– А у меня она что, игрушечная, что ли?
– Что-то типа того.
– Проваливай!
Открыв дверь, я проводила гостя пристальным и тоскливым взглядом и, громко хлопнув за ним дверью, не выдержала и разревелась.
Глава 8
Даже не помню, как я дождалась утра. Уснула, когда уже светало, а как только проснулась, то сразу позвонила Александру на его мобильный.
– Саша, это Люба.
– Люба, привет.
– Ты на работе?
– Нет. Я сегодня не вышел. Помогаю Вике в организации похорон Юрия. Сейчас я пришлю кого-нибудь из своих людей, чтобы забрали мою машину. Тебе позвонят, скажут, что от меня, ты передай ключи и документы. Ты дома будешь?
– Саша, мне нужно, чтобы ты приехал ко мне сам."
"– Люба, я не могу. Ты же понимаешь, что у меня сейчас дел выше крыши. Вика от горя не в состоянии ничего делать и соображать. Она будто лишилась рассудка.
Сама вообще ничего не может. Я должен быть рядом. Я взял всю организацию похорон на себя. А твою подругу когда хоронят? Забыл, как ее зовут…
– Галина.
– Извини, точно, Галина.
– Пора бы уже запомнить. – В моем голосе прозвучал укор.
– У меня в голове столько всего сейчас, что все не запомнишь. Так когда ее хоронят? Может, деньгами помочь?
– Никогда.
– Что значит «никогда»?
– То и значит, что никогда.
– Понятно, значит, немного позже.
