– Я хочу предупредить, что после того, как это помещение перейдет к тебе и ты попадешься у меня на пути, или я хотя бы услышу твое имя…
– Можешь не продолжать. Я все поняла. Я умею держать свое слово.
– Я свяжусь с тобой на днях.
Положив мобильный на кухонный стол, я постаралась унять дрожь в коленках и испуганно посмотрела на вошедшего следом за мной мужа.
– Кто звонил?
– Администрация нашего округа приготовила мне сногсшибательный подарок к свадьбе.
– Какой?
– Если все срастется, то двухэтажное здание, про которое я тебе говорила, будет моим.
Лучшего подарка к свадьбе нельзя было и придумать.
– Ты известила их о том, что у нас свадьба?
– Зачем? Мы же с тобой договорились, что, кроме тебя, меня и наших родителей, об этом необязательно знать кому-то еще. А подарок… Обычное совпадение. Так расположились звезды.
– Слишком дорогой подарок.
– Дорогая женщина должна получать соответствующие подарки.
– Я не верю, что это здание могут подарить забесплатно, – пытался докопаться до истины Артур.
– Оно же огромных денег стоит.
– Его забрали за долги и отдают по бросовой цене.
– Но ведь бросовая цена тоже денег стоит.
– Я же сказала, что если все получится, то мне его подарят за красивые глаза. Посмотри внимательно в мои глаза. Они красивые?
– Очень.
– И ты считаешь, что за них нельзя подарить двухэтажное здание?
– Люба, что я тебе сделал плохого, что ты надо мной издеваешься?
– А что я сделала тебе плохого, что ты не радуешься вместе со мной моим достижениям? Все, хватит! От малого бизнеса идем к большому! И вообще, у нас с тобой брачная ночь.
Ты позабыл о своих прямых семейных обязанностях.
– С каких пор умопомрачительный секс с моей любимой женщиной стал для меня обязанностью?
– С сегодняшнего дня, дорогой. С сегодняшнего дня…
Артур засмеялся и, легко подхватив меня на руки, понес на постель.
Глава 19
Прошло ровно полгода
Я сидела рядом с матерью Галины, слушала ее рыдания и пыталась ее успокоить.
– Изверги! Сволочи! За что ж они так мою доченьку? Кому моя кровиночка помешала? Она же никогда и никому плохого не сделала.
Она же всегда такая честная была. Наверное, именно эта честность ее и сгубила. А ведь я говорила ей, что нельзя быть такой честной. А она меня не слушала, вечно говорила, что врать не умеет. Ума не приложу, кому она могла плохое сделать…
– Елена Викторовна, родная… – Я плакала вместе с женщиной и пыталась успокоить не только ее, но и себя.
