Когда тренер не мог на меня нарадоваться.
Я бежала к ней, даже не переодевшись, хотела услышать, как она мной гордится. Увидеть ее восхищенный взгляд, но увидела лишь разочарование в ее глазах. Так и замерла посреди улицы, даже не заметила, что ноги были мокрыми от того, что я стояла в луже. Нет, я лишь смотрела на нее и пыталась не зареветь. Потому что если бы я заплакала, то она бы разозлилась еще больше.
- Но ведь у меня первое место, я...
Всхлипнула и увидела, как вспыхнули яростью ее глаза. Я не понимала, что не так, не понимала в чем причина.
- Я такие деньги плачу тренерам, а твоя техника просто ужасная! Ты заняла первое место лишь потому, что остальные еще бездарнее тебя! Но это не значит, что ты делала все хорошо, нет, лучшая среди худших! Это твой уровень?!
Она подходила ближе, продолжала кричать.
Художественная гимнастика, я всегда ее ненавидела, но всегда старалась сделать все лучше всех, потому что мама хотела, чтобы я была лучшей. И я старалась. Очень старалась.
Тренер сулил мне шикарное будущее, такие перспективы... а я ненавидела эти купальники и ленту, с которой выступала. Проклинала каждую тренировку, но заставляла себя на нее идти. И с каждыми новыми соревнованиями все становилось лишь хуже.
Мать продолжала говорить о том, что я бездарность, сыпать упреками и унижать меня, а я стояла и слушала.
- В очередной раз доказываешь мне, что я зря тогда перечеркнула все ради тебя! Ты ведь прекрасно знаешь, чем я пожертвовала! И вот так ты мне отплачиваешь? Позоришь меня?! Сколько еще я должна для тебя сделать, чтобы ты дала повод собой гордиться?
Это была самая главная проблема.
Мой отец... если его вообще можно было так назвать, он бросил мать, как только узнал, что она забеременела мной, сказал, что он на такое не подписывался и бросил ее.
Она до сих не пережила это, до сих не упускала ни единого случая напомнить мне о том, что, если бы не я, она бы была счастлива с любимым мужчиной. Но она выбрала меня.
Родила, воспитывала, а я лишь ее разочаровывала.
После этого дня она перестала ходить на мои соревнования, тем самым развязав мне руки. Я ушла из гимнастики, забыла о ней как о страшном сне. Дав матери новый повод ненавидеть меня и называть “бездарностью”.
***
Я всегда чувствовала ее холодность, видела, что она по-разному относилась ко мне и к брату.
