А чего ты ждала, когда шла к нему и предлагала себя? Что к тебе будет другое отношение?
Я пытаюсь не прислушиваться к внутреннему голосу, чтобы не стало совсем тошно от той реальности, в которой я находилась.
Ричард — это было самое лучшее, что сейчас могло со мной произойти. Намного хуже было бы оказаться в руках Хейза.
Я обнимаю себя за плечи дрожащими руками, иду вперед, прохожу дальше в комнату. Я хочу убедиться в том, что водитель уехал. Мне нужно удалить в своем телефоне все сообщения, но сделать это я хочу без свидетелей.
Вижу, как машина отъезжает от дома, но я все еще стою у окна. Не отхожу. Мое внимание привлекает сад. Красивый, яркий... Такие обычно можно увидеть на фотографиях красивых особняков.
Я невольно вспоминаю тот единственный раз, когда я была в этом доме. Точнее я была в саду. В тот день мы с мамой ехали покупать мне платье на выпускной. Она была весь день нервная, а когда мы уже практически доехали до магазина ей на телефон пришло сообщение.
Увидев его, она побледнела и тут же развернула машину в обратную сторону.
А на мои вопросы она лишь нервно отвечала, что это не мое дело. Спустя какое-то время мы приехали к дому Ричарда.
Мама, строго наказала мне ждать на улице, побежала в дом. А я осталась стоять у машины.
Мое внимание привлекли яркие цветы, и я без задней мысли подошла ближе к саду, хотела вдохнуть аромат этой красоты.
Но я даже не знала, что я увижу его. Ричарда. Он стоял возле бассейна. Вокруг его бедер было обернуто полотенце... Но мне хватило даже того, что его торс был полностью обнажен, чтобы застыть и бесстыдно его разглядывать.
В то время я уже была по уши в него влюблена. И эта картина лишь добавила красок моей юношеской впечатлительности и фантазии...
- Совсем бессовестная! - я вздрогнула от неизвестного женского голоса и, развернувшись, столкнулась со взглядом неизвестной мне женщины. Она смотрела на меня так, будто я сделала что-то ужасное.
- Простите, я заблудилась...
- А, кажется, ты нашла то, что тебя интересует.
Как тебе не стыдно? Так смотреть на мужа своей матери?!
Я покраснела от кончиков ушей до самих пяток. Сорвавшись с места, я побежала в мамину машину и, закрывшись там, молилась, чтобы мама быстрее вышла из дома.
Женщина, судя по ее одежде, работала гувернанткой в этом доме, а, значит, была прекрасно осведомлена о том, что здесь происходит. После этого я отказывалась каждый раз, когда мама предлагала поехать с ней в дом Ричарда. Мне было стыдно.
