— Идём, — Данте впивается в мою руку, как бойцовский пёс в свою жертву, и торопливо ведёт меня вглубь дома, в одну из комнат. Просторную, светлую, в центре которой стоит огромный стол. — Садись, — он вальяжно обходит вокруг стола, подталкивает меня к одному из стульев, жестом приказывая занять свободное место. Рокси опускается на стул рядом со мной. Она молчит. Больше не смеет шутить с братом. Напряжение в доме нарастает нешуточное. Я волнуюсь как никогда прежде. Будто ожидаю приговора в зале суда. Мне кажется, если Данте собрался «под венец», то новость о беременности не очень обрадует всё его холеное семейство.
Надеюсь, они не устроят мне тёмную.
«Очнись! Ты связалась с бандитами! Да тебя на куски порубят, долго церемониться не будут, если посчитают нужным быстро избавиться от неожиданной проблемы», — мой внутренний голос не просто бьет тревогу, он уже рыдает вовсю, пока тело колотит мелкой дрожью.
Я слышу шумные голоса. Они становятся всё ближе и ближе. Я сжимаюсь в комок, задерживаю дыхание, когда вижу, как те самые люди, за которыми я наблюдала издали, во главе с предводителем — главой семейства, величественно входят в залу.
Главный — Вильмонт. Тот седоволосый, ну вылитый мафиози, в шляпе и с дымящейся сигарой в зубах, в старомодном на вид костюме. Хотя я знаю, что стоит это «старьё» запредельно дорого. Такой стиль. Они держат свою марку, свою изюминку, своим внешним видом всем дают понять, кто здесь правит миром, хоть и выглядят странно.
— Данте, что за суета? К чему весь шум и гам? — серьёзно плюет тот самый Вильмонт, обращаясь к сыну.
— Есть разговор. Очень серьёзный, — вкрадчиво произносит мой покровитель.
— Хм, не знал, что у нас гости, — глаза у папочки будто волчьи. Как я ещё до сих пор не грохнулась в обморок при виде всех этих бандитских рож?
Теперь все семейство мафиози разом, как по команде, впились в меня цепкими взглядам. А мне что делать? Встать? Поздороваться? Нет, если дернусь без указок Данте, сделаю лишь хуже. Встану из-за стола — мой живот станет мишенью для пяти пар хищных глаз.
Определенно я здесь лишняя. Овечка на пире у шакалов. Их свежее мясцо.
Боже, ну почему Данте просто не вышвырнул меня из города? Никто бы не узнал. Я бы затаилась мышкой в каком-нибудь Мухосранске, если он так сильно переживает из-за своих недругов. Меня бы такая серая жизнь вполне бы устроила. Я устала от проблем. Будто сижу на пороховой бочке с того самого момента, как Слава-козёл затащил меня в этот портала ада на земле — их чёртов город.
