Была бы я птицей… Несколько взмахов крыльев — и долгожданная свобода.
— О, можно я потрогаю? Он пинается? — звонко спрашивает она.
— Да, можно, — немного смущаюсь. — Пинается. Ещё и как!
Девушка кладет ладошку на живот. Улыбается. От её солнечной улыбки мне становится легче."
"— Ой, я чувствую! Какая прелесть! Мой будущий племяшка! — улыбается ещё шире, ее дивные глаза блестят как звезды на ночном небе. А потом вдруг улыбка сходит с лица. — Мне не нравится Аннета. Она меня недолюбливает. Смотрит на всех свысока, и сестра эта её еще, Амалия.
Две крыски, — хмыкает. — Недолюбливает потому, что я не такая как они, что ли. Ненавижу их сраные шубы. Считают меня браком их генотипа, скорей всего.
— Перестань! Никакой ты не брак, что за ерунда! — возмущению нет предела. Как она может так думать? — Ты очень светлый и добрый человечек. С открытой душой и чистым сердцем!
— Алис, ты мне очень нравишься. Мы с тобой подруги по несчастью, — тихонько молвит Роксана, нежно берёт меня за руку, легонько сжимает запястье.
— Наверное.
Я не успеваю ей ничего ответить, она выглядит так же разбито, как и я, что мне хочется пустить слезу. Будто девушку что-то тоже очень сильно гложет. Мне кажется, или она похудела в последнее время? Про аппетит ничего не могу сказать. Мне запрещено делить трапезу вместе со всем семейством за одним столом. Мне разрешено лишь находиться строго в пределах своей комнаты. Или в саду, в специально обозначенном месте. И ладно! Больно хочется натирать мозоли на глазах коронованных господ.
Внезапно я слышу шум. Мы одновременно вздрагиваем, так и не успеваем закончить диалог. Ворота резиденции распахиваются, во двор въезжают два громоздких внедорожника. Данте приехал. Он величественно выходит из машины, хлопнув дверью. С ним ещё прибыло несколько человек. Грусть встает поперек горла. Не могу смотреть на него. Всякий раз, когда вижу мужчину, сердце в груди будто кровоточит от безысходности.
— Ох, блин, только не это… — хнычет Рокси, её лицо молниеносно искажается страхом и отвращением.
— Что такое? — я ничего не пойму.
— Смотри, кто там приехал. Шрам.
— Кто?
— Тот, кому папочка меня обещал…
Я беглым взглядом ищу новое обличие и, да, нахожу! Ого! Вот это габариты! Я вижу огромного здоровяка в светлых джинсах и чёрной майке. Его руки до самых краёв майки покрывают замысловатые тату. Высокий, рослый, темноволосый. Руки как базуки. Жилистый и огромный, ну вылитый лось. Незнакомец поворачивается к нам лицом и хищно прищуривается. Ужас.
