Я уже пробовала этот захват на здоровых мужиках в тренировочном зале, и толку было чуть, если у противника хватало силы подняться с пола, когда я болтаюсь у него на шее, но сейчас я его применила только чтобы держать его голову, пасть, клыки, и потому что мне помогали Ричард и Натэниел.
Он отбивался, но мы, трое на одного, справлялись. Кое-как. Тяжело дыша, но достаточно отчётливо я спросила:
— Что ты имеешь в виду — нарушила связь между ним и мной?
— С кем ты говоришь? — спросил Натэниел сквозь сжатые от напряжения зубы.
— С Жан-Клодом, — ответил за меня Ричард.
— Ты его тоже слышишь? — удивилась я.
— Иногда.
Я хотела спросить: «Например, сейчас?», — но меня опередил Жан-Клод.
— Ты поставила щиты конкретно против Дамиана — зачем?
— Он проснулся, залитый солнцем. И пришёл в ужас. Он был дико напуган, и этот страх душил меня и Натэниела.
— Вас обоих? — уточнил Жан-Клод.
Я видела, как он лежит на белых шёлковых простынях, разметав волосы чёрным сновидением. Одна рука лениво касается голой спины Ашера, как стучат пальцами по столу или гладят собаку, думая о чем-то другом.
— Да, нас обоих.
— Проснувшись, я спросил тебя, что ты сделала. Теперь я, кажется, знаю.
Раз в жизни я вовремя осознала очередную метафизическую катастрофу и сказала:
— Мы уже знаем.
— Что знаете, ma petite?
Тут Дамиан особенно сильно взбрыкнул, оторвав меня от пола, и обратно я опустилась, уже когда скорее почувствовала, чем увидела, как остальные двое его прижали опять. И я подумала, потому что дыхания на речь у меня не было.
Что мы — триумвират.
— Я слышу, — сказал Ричард, и мрачная нотка прозвучала в этих словах, будто он подумал, что я хочу от него скрыть это, потому и подумала, а не сказала вслух.
Меня никогда не оставляло убеждение, что с Ричардом чертовски трудно. А его — что я кровожадна.
Жан-Клод не стал задавать глупых вопросов или обсуждать метафизику. Если мы все знаем, что мне удалось создать второй триумвират, то можем двигаться дальше."
"— Когда ты закрылась от страха Дамиана, ты слишком хорошо это сделала.
Ты его отрезала от своей силы, как тогда, когда уехала.
— Я здесь, — ответила я, пытаясь отвернуться от струйки крови, которая решила стекать с Дамиана на меня.
— Физически, но не метафизически, а твоему слуге нужно и то, и другое.
— И как это исправить?
— Убери щиты, — ответил он, и даже мысленно голос прозвучал очень буднично.
Так просто, так очевидно. Я вспомнила, как закрылась от страха Дамиана.
