Я положила руку Дамиану на плечо и надавила, и — в отличие от многих случаев, когда я пыталась удержать разбушевавшегося вампира, — сейчас это получилось, хотя бы немного. Да здравствует сверхъестественная сила!
Из пасти Дамиана вывалился кусок мяса — это вампир пытался обратить клыки на меня. Ричард дёрнул его за волосы и не допустил его ко мне. Он снова попытался работать левой рукой, и она двигалась, но толкать ею он не мог — что-то в ней порвалось. Какая бы там ни была у него сверхсила, а вдруг оказалось, что он дерётся одной рукой.
Вдвоём мы не давали Дамиану сесть, но не могли прижать его к полу. Он продолжал рваться вверх, лязгая зубами в воздухе, и из его глотки вырывались звуки, свойственные животному, а не человеку. Мы не проигрывали битву, но и не выигрывали. Нужно было найти иной план атаки.
Я приподнялась так, что со мной приподнялся и Дамиан, и Ричард посмотрел на меня выкаченными глазами:
— Я его не удержу одной рукой — один.
— Я ему заведу руку вокруг шеи, чтобы обездвижить голову, — сказала я, — но мне надо, чтобы он приподнялся.
— Удушающий захват на вампира не действует. Они не дышат.
Отчасти правда, но спорить будем потом.
— Я только хочу, чтобы он головой не мог двигать.
Ричард кивнул. Я его не убедила, но спорить он не стал, и это уже хорошо. Когда я зашла сзади, Дамиан был занят тем, что старался добраться до Ричарда, и не обратил внимания. Я присела и только сейчас очень чётко осознала, что голая. До сих пор из-за драки это было вроде как неважно.
Важно было то, что рука Ричарда все ещё держала Дамиана за волосы, и пусть держит, пока я не охвачу его за шею. Мне надо было одной рукой охватить шею Дамиана, а другой взяться за собственное запястье, а потом давить изо всех сил, прижимаясь лицом к его спине. Тогда он — теоретически — не сможет меня достать. И только хватка Ричарда и желание вампира до него добраться помешают ему обернуться и вцепиться в меня. Так что Ричард должен был держать руку, как держал, но вдруг оказалось, что сейчас мои голые груди прижмутся к его руке.
И тот факт, что от этой мысли я похолодела на миг, даёт понять, как я себя чувствую при Ричарде и насколько у меня от него крыша едет. Борьба не на жизнь, а на смерть, а я волнуюсь насчёт прижаться грудью к его руке. Анита, сосредоточься! Сначала выживи, потом смущайся.
— Быстрее, — сказал Ричард сквозь зубы.
Сверхсила ещё не исключает усталости.
Я вдохнула, выдохнула и навалилась на тело Дамиана и руку Ричарда.
