Жан-Клод положил ногу на ногу, чуть выше, чем надо бы, и потому смог переплести пальцы на колене, обнажив немного бледной ноги. Заигрывает? Да нет."
"Не я произнесла следующую фразу, но будто Ричард снял с языка мою мысль. Страшновато.
— Жан-Клод, кончай притворяться, просто скажи, что сейчас случилось?
Слишком невинным стало лицо вампира:
— Что ты хочешь этим сказать, mon ami?
Мы с Ричардом обменялись многозначительным взглядом. Он сказал за нас обоих:
— Жан-Клод, прекрати эти игры.
— Ты начинаешь говорить до боли похоже на ma petite.
— Спасибо, я это принимаю как комплимент.
Это заработало Ричарду кивок и улыбку от меня.
Ричард тоже мне улыбнулся, и это была первая настоящая улыбка, которую я у него увидела с той минуты, как он вошёл. Приятно было её видеть, и оказалось, что у меня в ответ тоже нашлась улыбка. Смотри ты, как мы по-дружески себя ведём.
— Ты держишься оживлённо, счастливо, непринуждённо, — сказала я. — Прекрати притворяться и скажи, что происходит.
— Ты замечаешь, конечно, ma petite, что Ричард становится почти так же прямолинеен, как ты.
— А у меня появляются моменты, когда я говорю совсем как ты, Жан-Клод. Насколько я догадываюсь, более тесная привязка. То, что мы сделали этой ночью, имеет некоторые интересные побочные эффекты.
— Не просто более тесная, ma petite, ты ещё привязала к себе новый триумвират. Это повысило побочный эффект, как я думаю.
Его лицо осталось столь же прекрасным, но почти претенциозная живость погасла, оставив серьёзность, которую я у него не люблю видеть.
Что-то ему очень не нравилось. Я не знала, что именно, но явно что-то такое, что нам обоим или хотя бы одному из нас не понравится всерьёз.
Он начал с признания, что моя готовность быть с Байроном и питаться от Реквиема была, вероятно, проявлением его не слишком щепетильных вкусов, воздействовавших на меня.
— Если бы я не стала питаться от Байрона и Реквиема, ты вряд ли набрал бы энергию, нужную, чтобы удержать Примо. Он бы устроил в публике бойню.
Моя добродетель против жизни десятков людей? Хм, дайте-ка подумать. — Я пожала плечами. — Все нормально, хотя я предпочла бы не превращать это в привычку.
— Ты меня удивляешь, ma petite.
Но напряжение покинуло его. Нет, осанка его осталась столь же совершенной — у многих старых вампиров осанка великолепная, но в то же время менее напряжённой.
— Я давно поняла, что небольшой секс не является участью хуже смерти, Жан-Клод.
— Это все? — спросил Ричард.
