Рыжего барабанщика зовут Жека… Вот эти «двое-из-ларца» братья Дэн и Алек, гитарист и бас-гитарист. Клавишник предпочитает, чтобы его называли Мрак… а вокалист у нас — рубаха-парень Фëдор.
— Можно просто Федя! — широко улыбается сахарный блондин.
— Очень приятно! — бормочу я, чувствуя себя слегка пришибленной от такой мощной волны невербального общественного одобрения. Эти ребята ее прямо-таки всеми жестами транслируют.
За исключением меланхоличного клавишника, которому, похоже, вообще плевать на все вокруг. Единственное, что вызывает у него хоть какие-то эмоции — это вернувшаяся компания операторов.
Из-за них в комнате становится тесновато, и он бросает на них недовольный взгляд."
"— Что у нас сегодня на повестке дня? — лениво уточняет вокалист, явно работая на камеру. — Предлагаю начать с новогодней кавер-версии.
— Добро, — кивает босс, и Федя азартно щелкает пальцами.
— Отлично. «Звери его сердца», раз-два-три… поехали!
Глава 7. Новая песня
Знакомая мелодия наполняет всë пространство музыкальной студии проникновенными аккордами вступления, но я не особо вслушиваюсь.
Потому что вокал на себя берет Федя с его юношески хрипловатым тембром, а не Морозов. Последний вообще отходит к барной стойке, чтобы плеснуть себе напитка из какого-то непрозрачно-стеклянного темного графина.
И это мгновенно напоминает о моих непосредственных обязанностях маленького личного цербера для босса.
Я тихонько подхожу туда, приглядываясь к бокалу… и с облегчением вижу там обычный свежевыжатый сок. То ли апельсиновый, то ли морковный, судя по оранжевому оттенку.
— Бдишь? — насмешливо комментирует Морозов, наблюдая за мной поверх стеклянного ободка. — Молодец. Хорошая девочка.
— Это так смешно? — криво улыбаюсь я.
— Это забавно, — соглашается он. — И я этому только рад. Ты необычно на меня действуешь, Ника… очень освежающе.
Босс салютует своим бокалом, словно посвящая мне какой-то тайный тост, и делает щедрый глоток.
Я осторожно разглядываю добродушное выражение его лица.
Интересно, он собирается как-то пояснить свои недавние многозначительные слова на лестнице или нет? Я ведь чувствую, всем нутром чувствую, что он как-то иначе теперь смотрит на меня… совсем не так, как это было на празднике во «Дворце»! Неужели решил умолчать?.
.
— Матвей! — решаюсь я спросить, максимально понизив голос. — Есть еще что-нибудь важное… о твоем состоянии, что мне следует знать?
Несколько коротких секунд он в раздумьи крутит в руке полупустой бокал. Затем, помедлив, сообщает:
— Есть.
