Он похож на некогда могущественного прекрасного исполина, которого внезапно лишили жизни. А всё потому, что ни в одном из окон не горит свет.
Я переминаюсь перед металлическими воротами в нерешительности.
Чтобы добраться сюда как можно быстрее от автобусной остановки возле дачных посёлков, мне пришлось потратиться на такси. На это я отдала всё, что у меня было с собой в тощеньком кошельке, и теперь пути назад отрезаны в буквальном смысле. Потому что я слишком боюсь идти пешком одна по вечернему городу в такое время суток.
Внезапно безо всяких действий с моей стороны динамик на воротах передо мной оживает:
— Назовите ваше имя.
— Вероника Нова, — удивлённо отвечаю я и опускаю руку, так не успев нажать на кнопку звонка. — Мне нужно встретиться с хозяином дома… Надеюсь, ребята из группы вас предупредили, что я приду?
— Они предупреждали. Но последним распоряжением Матвея Эдуардовича было никого ни под каким предлогом в дом не пропускать, — спокойно сообщает охранник.
И как только я собираюсь расстроиться из-за непреодолимого препятствия, как вдруг он, дико противореча сам себе, невозмутимо добавляет:
— Проходите.
Э… как так? Что-то я не понимаю логики происходящего.
Автоматическая железная дверь рядом с воротами гостеприимно отьезжает в сторону, пока я непонимающе моргаю. Действия охранника просто не поддаются объяснению. Он ведь только что сказал, что хозяин дома никого не велел пропускать, и сам же нарушил это распоряжение.
Первый раз такого странного охранника встречаю!
— Почему вы сделали исключение для меня? — не удерживаюсь я от терзающего меня вопроса.
- Приказ Матвея Эдуардовича относится ко всем, кроме вас, — невозмутимо поясняет голос из динамика. — Еще до отъезда он сказал, чтобы вас пропускали при любых обстоятельствах. У вас приоритетный статус, госпожа Нова.
Я даже не знаю, что ответить на такое заявление. Слишком много теснится в моем сердце чувств.
Робкая радость… пока еще слабая, но медленно разгорающаяся надежда на счастье… тревога за любимого мужчину… и смятение от слишком запутанной ситуации.
Быстро пересекаю подъездную дорожку к темному особняку и стараюсь ни о чем не думать.
Просто я наконец уяснила для себя одну важную вещь. И урок извлекла из своей наивной ошибки.
Бессмысленно беспокоиться о реакции Морозова и пытаться расшифровать его мотивы. Я могу только действовать. Могу только пошире раскрыть глаза и уши, чтобы увидеть и услышать реальные поступки и конкретные слова дорогого мне человека.
