Закрываю лицо рукой. Настя, до чего ты докатилась…
Немного успокаиваюсь и решаю принять душ, включаю холодную воду, чтобы омолодится и привести мысли в порядок. Я не должна больше думать об этом мужчине. Я должна быть просто благодарна ему за все, что тот сделал для меня.
Вспоминаю о своих прямых обязанностях и спускаюсь вниз. Марата, к моему облегчению, еще нет, поэтому спокойно занимаюсь завтраком, достаю яйца и молоко, решаю сделать омлет с грибами и ветчиной. Замечаю на краю столешницы тостер.
Прекрасно: свежий поджаренный хлеб – то, что нужно.
Мужчина спускается на кухню примерно через полчаса. Хмуро смотрит на меня, возможно, он злится из-за вчерашнего. Сразу же чувствую себя неуютно, хочется сбежать.
– Доброе утро, приготовила завтрак, – начинаю я. Собиралась сказать это более веселым голосом, но получается не очень.
– Доброе, – бросает мне и садится за стол.
Я беру большую тарелку и накладываю горячий омлет, посыпаю его натертым сыром. Марат все так же смотрит на меня хмуро, поэтому решаю извиниться за случившееся.
– Я хотела бы… – начинаю не очень уверенно, особенно когда вспоминаю все, что произошло, и стыд накрывает меня с новой силой. Почему вчера все казалось ситуация мне намного легче? – Я бы хотела извиниться за вчерашнее, я не хотела, правда. Просто оно само… – запинаюсь, не зная, что сказать про то, что у меня само слетело полотенце. – Короче, я просто случайно, и я еще раз извиняюсь, что доставляю вам очередные проблемы.
Вы злитесь…
– Я не из-за этого злюсь, Настя, – перебивает меня мужчина. – И я не думаю, что ты это сделала специально… хотя… – уже более хрипло. – В общем, ты не виновата, и не надо винить себя, и все.
– Но вы злитесь, я же вижу… – наконец-то смотрю на него.
– Я злюсь не на тебя, – усмехается он. – Просто у нас осталось мало дров, и сейчас опять метель. Я не наколол больше, думал, такой непогоды не будет, – Марат переводит взгляд на панорамное окно: там, действительно, сейчас бушует непогода.
– Но дрова нам нужны срочно, неизвестно, что будет дальше.
– Но там же не пройти, – прослеживаю взглядом за мужчиной.
– Да, поэтому ты остаёшься дома, – твердо говорит Марат, смотря на меня.
– Хорошо – решаю не спорить, хотя сердце отчего-то сжимается. Какое-то липкое неприятное чувство.
– Тогда я сейчас пойду, а ты оставайся.
Так и сделали: пока я мыла посуду, Марат оделся в теплую куртку и высокие ботинки-снегоходы.
