Их ведь так и не нашли. Вот, а потом…
– Ну-ка сбавь обороты, не гони, – притормозил помощника шериф. – Думать мешаешь.
– Карл обо что-то ударился, – продолжал Абель. – Волна от корабля качнула шхуну, шхуна накренилась, он свалился, ударился головой и упал за борт.
Через десять минут на планшире по левому борту, как раз под мачтой, они разглядели трещину. В которой застряли три волоска; шериф вытащил их карманным ножом и положил в отделение портмоне, рядом с водительскими правами. Все трое посмотрели на волоски, не говоря ни слова.
– Отнесем их Горацию, – решил наконец Арт. – Если окажется, что они и впрямь с головы Карла, придется судье объявить пересмотр дела.
В десять часов судья Филдинг закрылся в своем кабинете с Элвином Хуксом и Нельсом Гудмундсоном. В десять сорок пять присяжным было объявлено, что они освобождаются от своих обязанностей, что обвинение с подсудимого снимается, поскольку открылись новые обстоятельства. Самого подсудимого тут же освободили, и он вышел из камеры без наручников; выйдя, он сразу же обнял жену и поцеловал, долго не выпуская из объятий.
Исмаил снял поцелуй, глядя на них в объектив фотоаппарата. А потом уехал к себе в офис, включил отопление и заправил в печатную машинку лист бумаги. А заправив, уставился на нее.
Исмаил попытался представить, как все было на самом деле. Закрыв глаза, он сделал над собой усилие.
В ночь с пятнадцатого на шестнадцатое сентября «Сьюзен Мари» замерла на воде – болты в кронштейнах генератора расшатались.
Карл оказался один посреди густого тумана, заглохшую шхуну понемногу относило. Карл, слишком гордый, чтобы сигналить гудками, наверняка проклинал такое невезение. Потом зажег два фонаря, сунул челнок с бечевкой в задний карман и в скользкой прорезиненной робе забрался на мачту, таща на себе фонарь. Бечевкой, которой обычно латал сеть, он привязал фонарь к мачте; фонарь держался крепко, но Карл на всякий случай навязал еще несколько «восьмерок» и в конце крепко затянул.
Он подумал, что в таком тумане фонарь вывешивать бесполезно, однако подкрутил фитиль, делая пламя поярче. Потом Карл стоял в кубрике, прислушиваясь, а вокруг был обложной туман.
Чуть погодя Карл, наверное, взял другой фонарь, достал из ящика с инструментом гаечный ключ и решил подтянуть ремни генератора. Может, он даже чертыхался вполголоса, не понимая, как же это недоглядел, не проверил, как попал в такую передрягу (которой вполне мог избежать).
