Он видел сформированный из нисэй[34] 442-й полк, в котором служил и подсудимый; они вели боевые действия вдоль «Готической линии»[35]."
"Сержант в свое время обучил приемам рукопашного боя тысячи солдат. Он сказал, что рукопашный бой был его специализацией; он пробовал тренировать солдат и в других областях военной подготовки, но потом все равно вернулся к рукопашному бою. Сержант рассказал суду, что в начале 1943-го в Кэмп-Шелби он приступил к тренировке японских парней из 442-го полка. Это были японцы из лагеря для интернированных; их призвали и готовили для боевых действий в Европе.
Среди них, вспомнил сержант, был и подсудимый Миямото Кабуо.
Кабуо запомнился ему из тысячи других солдат, прошедших курс подготовки. И запомнился благодаря одному любопытному эпизоду. Однажды февральским днем на учебном поле сержант объяснял устройство штыка обступившим его солдатам из десяти отделений – морю японских лиц. Сержант предупредил, что во время учебных занятий они будут пользоваться не настоящими штыками, а деревянными, чтобы не случилось увечий или смертельных исходов, – таково распоряжение по армии.
Кроме того, на время тренировок полагается надевать каски.
Чтобы продемонстрировать выпады штыком, сержанту нужен был доброволец. Именно тогда, сказал Мейплз, он и столкнулся лицом к лицу с подсудимым. Молодой парень вышел в круг и, прежде чем отдать честь и громко выкрикнуть «Сэр!», слегка поклонился.
– Ошибка первая, – отчитал его тогда сержант, – не надо отдавать мне честь и выкрикивать «сэр». Я призывник, такой же, как и вы, а не офицер из командного состава.
Ошибка вторая: в нашей армии бить поклоны не принято. Вы должны отдавать честь офицерам, а не кланяться. Это не по-военному. В нашей американской армии так не принято.
Сержант вручил Миямото деревянный штык и кинул защитную каску. В манере парня говорить сержант уловил какую-то враждебность. Он запомнил этого парня – во время основного курса подготовки тот показал себя старательным в обучении, готовым без колебаний ринуться на врага.
Мейплз немало повидал таких парней и никогда не пасовал перед их задиристостью – мало кто из них оказывался достойным соперником, способным удивить.
– В бою твой противник столбом стоять не будет, – предупредил сержант парня, глядя тому прямо в глаза. – Одно дело – упражняться на манекене, и совсем другое – сражаться с живым, тренированным человеком. В таком случае, – обратился он к сгрудившимся новобранцам, – наш доброволец будет уклоняться от выпадов штыка.
