Прокладываю дорожку лёгких поцелуев от запястья по внутренней стороне предплечья всё выше и выше. Аккуратное плечико, мягкие, податливые губы.
Чёрт, как же хорошо…
Подхватив Настеньку на руки, несу в спальню. Ставлю перед кроватью и сначала снимаю с себя рубашку и ремень с брюк, чтобы не мешался. Девочка смотрит восторженным взглядом на голый торс. Тянется. Едва касаясь подушечками пальцев, изучает грудные мышцы, пресс, полоску тёмных волос, уходящую от пупка вниз. Шумно сглатывает и мы снова целуемся, пока я медленно расстёгиваю замочек на её платье, спускаю одну бретельку, вторую.
Ещё не высохшая ткань, пропитанная шампанским, помогает мне, от тяжести соскальзывая с груди.
— Вау, вау, вау, — облизнув губы, смотрю на эту красоту.
Настя очень сильно смущается, старается прикрыться. Не даю. Развожу её руки в стороны и припадаю губами к соску, осторожно перекатывая его на языке.
Изголодавшийся по женской ласке член рвётся в бой, пульсируя и подрагивая в штанах. Расстёгиваю ширинку, ослабляя давление.
Брюки начинают сползать вниз. Роняю, перешагиваю. Теперь мы на равных. Отключая ей голову очередным горячим, взрослым поцелуем, пальцами ласкаю соски, рисую узоры по плоскому животику, прокладывая себе путь к трусикам. Там горячо и нежно. Толкаюсь под резинку, глажу нежную плоть и снимаю с Насти бельё, спуская тонкую ткань по бёдрам.
— Перешагни.
Её слегка покачивает. Неловко смеётся, впиваясь пальчиками мне в волосы, чтобы удержаться. Пользуясь моментом, прижимаюсь губами к её лобку, целую вкусные губки, втягивая в себя шикарный женский запах.
Провожу языком по складочкам.
— Д-денис…
Поднимаю взгляд, глаза огромные, как два озера.
— Ч-ч, не бойся, — поднявшись, чмокаю в кончик носа и снимаю с себя трусы.
Подхватываю Настю на руки, укладываю на кровать. Она смотрит прямо на мой член. Это немного стопорит.
— Он такой огромный, — её пробивает на нервный смех.
Мужское эго пытается возмутиться, но с оценкой размеров так уж и быть, соглашается.
— Он же в меня не влезет, — хлопает ресницами, продолжая разглядывать стояк.
Член дёргается от нетерпения. — Ой! Он как живой удав. Они же тоже огромные. Я по телевизору видела. А ты видел удава? — начинает тараторить, не делая паузы между словами даже на то, чтобы вдохнуть. — Как мы его в меня засунем? Нет, нет, он точно не уместится.
— Насть, — смеюсь над своим чудом, — я протолкну не переживай. Тебе будет приятно. Честно. Сначала может быть немного больно. Так бывает в первый раз.
