Этого дядя Витя уже не смог пережить.
– К черту наследство! – вновь вскочил он с кресла, разочарованный и обиженный, как маленький ребенок, купили обещанную дорогую игрушку, а потом, показав ее, забрали и теперь решали, кому бы ее отдать. – Я заработаю больше!
– Больше чего? – с интересом спросила тетя Эльза.
– Больше вашего.
– Ох, что-то я сомневаюсь, – отозвалась пожилая женщина, очень довольная тем, что довела племянника.
– В три раза!
– Сомнения одолели меня вновь. – И в этот раз явно не поверила словам племянника та.
– Вы еще узнаете, чего я стою! Без вашего унизительного наследства, – продолжал вещать Виктор Андреевич.
– Ой, сомневаюсь, – покачала головой его тетя. – Ты, хотя бы то, что есть, не растерял бы, и то было бы хорошо.
– Я превосходный бизнесмен, поверьте. Ноги моей больше не будет в этом доме! Тетя Эльза, – выпалил он, оборачиваясь, – вы – монстр!
Вообще-то мужчина хотел сказать противной тетке все, что он о ней думает, с использованием куда более грубых слов, но почему-то побоялся.
Голубые глаза пожилой женщины так пронзительно на него смотрели, что Журавль стушевался. Внезапно ему вспомнилось, как однажды его, шестилетнего, вместе с кузеном на день оставили с тетей Эльзой, чтобы она присмотрела за ними. Сначала мальчишки вдвоем играли к комнате, а потом им стало скучно, и они пошли к тете с требованием почитать сказку. Она, смерив ноющих родных племянников высокомерным взглядом, достала с полки тяжелый фолиант, где были собраны сказки со всего мира, надо сказать, довольно-таки жестокие, и сухим, невыразительным голосом стала зачитывать что-то кровавое про кладбищенских монстров.
Маленький Виктор Андреевич и его брат уже через десять минут заорали, что хотят спать, и женщина, в то время очень, очень эффектная обладательница холодной красоты, посмотрела на них точно так же, как и сейчас.
– Кто я? – привстала она, собираясь начать метать гром и молнию.
– Монстр! – еще раз крикнул Журавль, схватил жену за руку и решительно распахнул дверь, едва не пришибив лбы любопытных.
А их собралось великое множество.
– Ты что, очумел? – заорал ему в ухо тот самый двоюродный брат, вместе с которым они слушали сказки Эльзы Власовны почти сорок лет назад.
– Не подслушивай, дурень! – рявкнул папа Нинки и поспешил в гостиную.
– Витенька, ты обидел тетю! – говорила ему жена в спину.
– К чертовой матери таких теть! Где моя дочь и этот осел? Я их немедленно заберу. Стоп, – прервал сам себя мужчина.
