Он стоял от девушки на расстоянии пары метров и кричал совершено не по-джентельменски:
– Зачем ты сюда пришла? Убирайся немедленно! Я тебя не хочу видеть. Вон, уходи вон.
– Кей, Кей, перестань, я же тебя люблю. Поэтому я и пришла к тебе, – взмолилась брюнетка, потеряв где-то свою гордость. – Пойми ты. Пойми!
– Хватит меня преследовать! Убирайся! – не внимал ее просьбам парень, а голос его был откровенно злой. – Что ты тут забыла? Что ты посмела сделать с моей Катей?
От этих слов я невольно улыбнулась и зажала рот ладонью.
Вот что называется: пустячок, а приятно.
Смотри не выбеги к нему на дорогу от этого пустячка. Я потеряю всякое уважение к тебе.
– С твоей Катей? Дракончик, когда она успела стать твоей? – спросила тихо и обиженно брюнетка. Она замолчала и с покорной нежностью добавила еще тише: – Твоя – я.
– О, нет. Совершенно нет. Ты мне не нужна, поймешь это или нет?
– Я понимаю то, что ты до сих пор ко мне неравнодушен. Как и я.
– Отвечай только за себя, Алина. Уходи. Ты оглохла?
– Нет.
Ты мне нужен.
– Знаешь, дорогая, когда-то ты тоже нужна была мне. – Голос у парня слегка срывался, когда он произносил эти слова. – Ты была мне так нужна, но тебя не было рядом. И ты не хотела быть рядом.
Алина села на бордюр, не боясь за великолепное платье. Люди, проходившие мимо, с интересом на нее оглядывались.
– Я была такой дурой. Тогда я была малолетней дурой.
Я видела, что в глазах музыканта было сожаление (или мне это только показалось?), а потом он повернулся ко мне спиной.
И до меня донесся голос Кея, холодный, до покалывания в ладонях.
– А теперь что, выросла? Поменяла приоритеты? Стала до невозможности доброй девочкой?
– Но это… это правда. Милый, это правда.
– Я что-то странное слышу. – Задумчиво протянул Кейтон. – Да мне экстази не нужно, чтобы слышать столь удивительные вещи. Давай, уходи.
– Не уйду. Только с тобой. – Упрямо продолжала Алина, и ее высокий голос звучал все тверже и тверже. – Антон, Дракон, я – твоя. Я признаю, что ты сильнее, и я хочу быть с тобой.
Всегда.
– Отлично. – Кейтон вдруг внимательно поглядел на сидящую девушку и, вновь схватив за запястье, запихал в свою машину, припаркованную рядом. Лескова, впрочем, не сопротивлялась.
Вот черт! Уехали! Я проводила глазами синее авто. Его лицо было яростным. Я не хотела бы, чтобы он так сердился на меня.
Я вышла из-за куста с не слишком живым лицом. Он все-таки сломался? Поверил ей? Забыл, что приходил в это место ради меня?
Не-на-ви-жу.
