Это все большой и крутой пиар-ход, – начал вновь становиться самоуверенным ударник. – Это часть нашего имиджа, малышка.
– Хочу знать твое имя, – поцеловала его в губы девушка, – хочу имя, имя, имя.
– Лучше бы меня хотела, – пробормотал Келла.
– Скажешь свое имя – мы поедем к тебе, – многозначительно посмотрела на него Нинка. Одновременно она уселась вновь на самый край крыши, совершенно не боясь высоты.
– Платье-то так высоко не задирай, – посоветовал парень.
– Здесь все равно никого нет, – беспечно отозвалась хитрая девушка, знающая мужские слабости.
– А я? – не отрывал взгляда от ее длинных ног Келла. Он даже красивой звездной ночью больше любоваться не хотел.
– А ты? А что ты? Ты мне имя говорить не хочешь.
– Так хочешь узнать мое имя? – лукаво поглядел на нее Келла. – Отгадай.
– Отгадать? Мне что, делать нечего? Ну и как отгадывать? Загадочку мне загадаешь? – оживилась Ниночка.
– Нет, просто намекну. Оно с греческого переводится как «благочестивый».
– Это ты-то благочестивый? – с большим сомнением посмотрела на него девушка.
– Плюнь в глаз тому, кто тебе это сказал.
– Я не могу плюнуть в родителей.
– Поменяй имя, балбес. Ты не благочестивый.
– Нет, я такой, – потрепал ее по волосам парень. – Ефим меня зовут.
– Ефим? – со вкусом проговорила Журавль. – Всего-то Ефим? – и девушка расхохоталась.
– Что тебе не нравится в моем имени? – вскипел синеволосый ударник «На краю». – Обычное имя.
– Ты из какой деревни, крестьянин? – посмотрела на него, как на сумасшедшего Нинка. – Ефим… М-да, имя у тебя отменное! Ефим, Ефим, Ефим, – словно заело ее.
– А у самой-то имя, можно подумать, нереально крутое, – обиделся парень. – Меня, между прочим, назвали так в честь деда-летчика. Он в Великую Отечественную летал, награжден кучей медалей и пол-Европы прошел.
– Дедушка-то у тебя, может быть, и был хорошим, только вот ты – сдвинутый. Ладно-ладно, Келлочка, ты все же милый. Все мне прощаешь. И любишь меня. Хм, а фамилия у тебя какая, Ефим?
– Хватит меня так называть. Келла. Я – Келла.
– Стесняешься, да?
– Нет, – отрезал парень. – Ефим я дома, здесь я – Келла. Ясно, Королева? Я думаю, ты умная девочка, запомнишь. И вообще во мне все прекрасно.
– Так фамилия у тебя какая? – продолжала допытываться до него Ниночка. – Тоже, небось, деревенская? Пеньков какой-нибудь или Васюткин? Или Пупкин? А еще вариант – Ефим Жучкин. Лошадкин. Кошечкин. Курочкин, – заело блондинку на звериных именах. – Мы, вот, Журавли – представители купечества, между прочим.
