Просто так забрать мобильник солист «На краю», видимо, не желал. Глядя мне прямо в глаза, Кей неожиданно дотронулся губами до моей ключицы, а потом и шеи.
– Ты что делаешь, дурак, что ли? – с ужасом выдавила я, чувствуя, что его прикосновения мне очень приятны.
– Да, я дурак, – рассмеялся он, нависнув надо мной и наклоняясь теперь все ближе к лицу.
Н-да, что-то в последнее время часто я на чужих диванах возлежу.
– Отстань!
– Нет.
В общем, пока мы, как распоследние идиоты, валялись на диване, и, пока я отбивалась от окончательно съехавшего со своих музыкальных катушек Кея, в этом месте появилось еще одно действующее лицо.
– Всем доброго дня, – раздалось мелодичное и громкое где-то около входа. Кей выдохнул и не стал вырывать мобильный, хотя имел для этого прекрасную возможность. Его взгляд поменялся и стал совершенно чужим и вместе с тем похожим на грустный взгляд Антона.
– Привет, – обрадовался Фил. – Ты такая обворожительная. Арин, я тебе завидую.
– Чему? – устало спросил тот.
– Алина, здравствуй, ты все же пришла. Сейчас пришла. – Это звучало как утверждение, а не как вопрос.
Вот же невезуха!! Алину принесло!
– Подожди, – оборвала она парня тем временем. – Кей! Ке-е-ей, милый? Ты не хочешь оторваться от своей девочки и поздороваться со мной? Я пришла только ради тебя.
Мы с Кеем синхронно оглянулись, не вставая, и увидели Алину: высокую, стройную, застывшую антично красивым и изящным памятником самой себе посредине комнаты. Сегодня эта красавица нарядилась в желтое стильное мини-платье с оголенными плечами.
Этот яркий и подходящий далеко не всем девушкам цвет Томас называл желтым шартрезом. Шартрезовое платье не только эффектно подчеркивало фигуру Алины, но и выгодно оттеняло черные волосы, завитые в мелкие, упругие кудряшки, и темные глаза, щедро подведенные угольным карандашом.
– Привет, – поднялся, наконец, на ноги Кей, а потом протянул мне руку, чтобы и я села.
По-моему, поражены приходом Алиночки были мы оба.
Я еще и немного напугана – такие грозные искры метали глаза красавицы-брюнетки в мою сторону, что хотелось спрятаться за чью-нибудь широкую спину. Мое слаборазвитое женское чутье активно подсказывало мне, что черноволосая красавица считает меня кем-то вроде соперницы и уже недолюбливает.
Ненавидит.
Надеюсь, она действительно на меня не кинется?
– И тебе привет. Удивлена, что ты тоже здесь, Катюша, – как робот, улыбнулась мне брюнетка.
