– Она подумала о пистолете в подвале Брайншмидта и попыталась задать следующий вопрос как бы между прочим: – Кстати, у Брайншмидта есть разрешение на оружие?
– Нет, мы уже проверяли в прошлом году. А что?
– Могло бы помочь нам попасть к нему в дом. – Затем пододвинула к себе с середины стола установку для телефонной конференции, набрала номер суда и попросила соединить с судьей Хиршманом. Когда он снял трубку, Мелани включила громкую связь.
– Добрый день, господин судья, это Мелани Дитц, мы на громкой связи. Рядом со мной коллега Хаузер из БКА.
– Полагаю, речь пойдет о деле Клары? – спросил Хиршман.
– Вы правы. В ходе допроса девочки выяснилось, что до похищения она активно пользовалась Фейсбуком и электронной почтой.
– Вы об этом знали, господин Хаузер?
– Год назад, когда мы расследовали похищение, нам не было об этом известно.
– Все хорошо, но что это нам даст сейчас? – Хиршман словно разговаривал сам с собой. – Срок хранения пользовательских данных, предписанный законом для интернет-провайдеров и операторов телефонной связи, уже истек.
Мы не получим никакой информации.
– Нам не мешало бы найти компьютер, с которого Клара выходила в Фейсбук, и соответствующий жесткий диск, – предложила Мелани. – Тогда у нас появятся первые зацепки.
– Год назад дом семьи Брайншмидт уже обыскивали, – отметил судья. – Хаузер, что показал обыск?
Мелани взглянула на коллегу.
– Мы нашли тогда в доме только один компьютер, он принадлежал Рудольфу Брайншмидту и был чист.
«О господи, какой идиот!» Мелани заскрежетала зубами.
Больше всего ей сейчас хотелось вышвырнуть Хаузера из комнаты.
– На этом дело для меня закрыто, – сказал Хиршман. – Повторный обыск ничего не даст. Может, вам лучше перепроверить показания девочки, возможно, Клара немного преувеличивает, чтобы привлечь к себе внимание.
Мелани хотелось закричать и сунуть под нос судье Хиршману фотографии спины Клары. Девочке с такими ранами не нужно привлекать к себе внимание. Она просто хочет снова вести нормальную жизнь. Но ответ Мелани прозвучал спокойно.
– Не обязательно иметь компьютер, чтобы выходить в Интернет, – начала она, стараясь избегать слова «предположительно», на которое у судьи Хиршмана была аллергия. – Для этого достаточно смартфона, плейстейшен или другой игровой приставки.
– Хаузер, вы это проверяли?
Мелани бросила на него предостерегающий взгляд.
– Телефон проверяли, а игровые приставки нет, – признался он.
Мелани сделала глубокий вдох и выдох.
Хиршман немного подумал.
