– Обещаю вам, я приложу все усилия, чтобы вам разрешили остаться в академии.
Сабина осталась стоять.
– Это бессмысленно. Хесс будет ждать следующей возможности, чтобы вышвырнуть меня, а до того времени превратит мою жизнь в ад.
В этот момент они заметили длинную толстую собаку с короткими лапами, которая через поле мчалась к мельнице. Ее уши развевались на ветру. Сабина не знала, что это за порода – только то, что собака была белая с пятнами горчичного цвета.
– Уберите от меня пса! – закричал Снейдер, но собака уже была на террасе и запрыгнула Снейдеру на колени.
Это был бассет – в ошейнике, но со свалявшейся шерстью. Он положил передние лапы Снейдеру на плечи и принялся лизать его в щеку.
– Фу, вниз! – приказал Снейдер, но бассет не послушался.
– Мне застрелить собаку? – спросила Сабина.
– Вы бы сделали это для меня? – Снейдер пытался заставить пса спрыгнуть на землю, но бассет удобно расположился у него на коленях и свернулся клубком, хотя задняя часть свисала."
"– Я понятия не имею, чья это шавка, но пес приходит сюда уже семь лет.
– И вы его кормите, – предположила Сабина.
– Да, иногда он даже ночует в доме.
– Мне кажется, вы относитесь к собаке лучше, чем к людям, которые вас окружают.
– По крайней мере, он внимательно меня слушает.
– Что сказали врачи? – спросила Сабина.
– Насчет собаки?
Сабина закатила глаза.
– Это просто рваная рана, ее зашили пятью стежками. Легкое не задето.
– Это была моя ошибка, мне очень жаль, – пробормотала она.
– Я скажу вам кое-что! – Снейдер посмотрел на нее.
– Только тот, кто не работает, не делает ошибок. Не думайте больше об этом. Раны затягиваются. Главное – мы убрали тех двоих на видео из этого бизнеса. – Он кивнул на входную дверь. – Вы не могли бы насыпать в миску собачьего корма из вон того пакета?
Сабина сделала, как просил Снейдер, но бассет проигнорировал еду. Вместо этого он потерся мордой о рубашку Снейдера, словно не видел его уже несколько недель и ужасно соскучился.
Снейдер положил руку на голову пса.
– По дороге из больницы я разговаривал по телефону с Хессом и пытался убедить его, что вы не принимали участия во вчерашнем инциденте.
– Бесполезно – нюрнбергская уголовная полиция исследовала мое оружие и внесла показания в протокол.
– Можно было бы уничтожить ваши свидетельские показания, – тогда официально вы никогда не участвовали в перестрелке. Я хотел взять все случившееся на себя, но Хесс уже знал, что вы были в Нюрнберге.
