Внутри жил дикий страх: безжалостная тварь могла в любой миг протиснуться в пещеру следом за Вебером, и тогда она точно нашла бы червяка, насадила его на острие раскаленного клюва, а Руди этого очень не хотел...
– Свяжись с Весахом! – чуть подумав, приказал Мадэн своему помощнику. – Мне нужны змеепсы! Передай Весаху приказ: пусть снимает всю тройку с охраны батареи «Вулканов»! Я даю ему время, пока звезда не выйдет в зенит. К этому моменту звери должны быть здесь! Так и скажи Весаху, иначе он сам останется в болотах Саванга! Мы отправим змеепсов по следам человека, и он никогда не выйдет из скал!
Командир отряда карателей отошел в сторону от узкой щели, в которую не мог протиснуться ни один из фринов.
Присел на камни, привалился спиной к теплой от выстрелов скале, прикрыл глаза. Ночная охота отняла невероятно много сил, но, самое обидное, ее так и не удалось довести до конца. До тех пор, пока жив хотя бы один из вражеских диверсантов, нельзя быть уверенным в том, что одержана победа.
"
"– Ничего... – сам себе пробормотал Мадэн, не поднимая век. – Мы найдем способ сломать любого упрямца. Посмотрим, как этот заморыш сумеет выстоять против тварей, чей укус разлагает костную структуру. На планетах людей тоже водятся пауки, которые впрыскивают желудочный сок в тело жертвы. Вот будет сюрприз! Думаю, этот герой ни разу не представлял себя в роли еды, которую переварят прямо в натуральной оболочке, ха-ха!
Ничего, герой, до финала осталось немного! В болотах змеепсов по следу не пустишь, а в скалах – их работа.
Думаешь, человек, ты перехитрил нас? Пролез в такую щель, куда не способен пробраться фрин? Скоро повстречаешься с хищниками, которые умеют протискиваться в любую трещину! Они проскользнут даже там, где скалы остановят тебя! Ты никогда не выберешься из каменного склепа, человек! Ты умрешь в жутких мучениях!
Под веками то плясали мутные черные кляксы, то вспыхивали жгучие россыпи маленьких звезд-иголок. Голову накачали изнутри насосом, как шину, зрачки вылезли из орбит, в ушах что-то тоненько свистело, а язык стал толстым и неприятным – все время хотелось стошнить им на пол.
Кирилл Соболевский старался не отвлекаться на второстепенные вещи, не замечать их, но мучительнее всего пилот реагировал на фокусы с глазами – мало того, что не работали радионавигационные комплексы, так еще и визуальная картинка получалась настолько искаженной из-за проблем со зрением, что это выматывало, доводило до безумия.
