Не помогли ни адаптивные фильтры, умевшие подстраиваться под любые загрязнения эфира, ни компьютерные модули обработки и усиления входного сигнала.
– Плохо, – подавленно проронил Цветков. – При таких помехах наши боевые корабли действительно не смогут ничего поделать с фринами. Бортовые комплексы слепнут и глохнут, это факт. Кстати, связь со штабом тоже пропала, так что мы полностью изолированы от своих.
– Приехали! Станция Березайка, кому снарядом в лоб – вылезай-ка! – это, конечно, высказал мнение Кочеванов.
– Как же сами фрины ориентируются в пространстве при таких помехах? – растерянно спросил Никита Зорин.
Майор Соболевский пожал плечами, вспомнил, что говорил Кравец на инструктаже, хотел ответить, но в диалог вмешался Уарн. Дрогл взял шлем в ладошки, наклонился к встроенному микрофону.
– Фрины для ориентации в пространстве используют другой принцип, – сказал союзник. – Волны тяжести.
– Волны тяжести? – этот вопрос Соболевский и Кочеванов задали одновременно.
Уарн слышал все реплики людей с боевых постов, правда, для этого ему приходилось забавно складывать уши «лодочками» и подносить их близко к динамикам.
И тут в голове у Кирилла будто что-то щелкнуло.
– А! – Майор хлопнул ладонью по металлической панели. – Волны тяжести! Уарн, гравитационные волны?!
– Гравитационные, – согласно повторил трудное слово дрогл. – Волны тяжести. Правда, они не такие тяжелые, как обычно. Легкие, почти неразличимые. Но они есть.
– Они не тяжелые, легкие... почти неразличимые.
.. – Соболевский сильно потер ладонью лоб, пытаясь угадать, что имеет в виду малыш.
Когда Уарн говорил о технических вещах, его речь становилась малопонятной людям.
– Командир, это нетрудно, – пояснил Зорин, который раньше других уловил смысл. – Они используют гравитационные волны, но не такие мощные, какие, скажем, присутствуют на планетах, ну, естественная сила тяжести. Словосочетание «легкие волны тяжести» – это просто попытка объяснить: фрины умеют отправлять и принимать незначительные гравитационные возмущения пространства.
– Да, – подтвердил союзник.
– Слава богу, они пока не создали гравитационных орудий... – пробормотал Кочеванов. – Неприятно чувствовать себя мухой, которую изготовились прикончить тапкой.
Но командир «Москита» не позволил развить эту тему, просто Соболевский вдруг понял другое.
– Уарн! – воскликнул майор. – Ты сказал «волны легкие, почти неразличимые»! Ты видишь эти волны, посылаемые фринами?!
– Нет. Да. Не вижу.
