Тут же поставив ментальный блок, которому меня научил Каа’Лим, я вновь взглянула на незнакомца, встреченного мной около дома Орэна.
– Да, так лучше. Я тебя не слышу. А ты молодец, – озорно подмигнул мне молодой человек, который, думаю, был не таким уж и молодым. Впрочем, человеком он тоже не был.
– Где я? – вяло спросила я, изучающе разглядывая лицо, что сейчас было так близко.
Темно-каштановые кудри, напоминающие цветом своим горький шоколад, беспорядочно разметались. Утонченное, аристократическое лицо. Прямой нос и высокие скулы, слегка пухлые губы.
Беззаботная улыбка. Но практически черные глаза выдавали незнакомца с головой, обличая острый ум и внутреннее напряжение. Что-то беспокоило их обладателя, вот только притворялся юноша очень хорошо, всем своим видом излучая беззаботность и простоту натуры.
– Мара, все в порядке девочка, – раздался знакомый голос Орэна. Только теперь я поняла, что нахожусь в кабинете мага. – Познакомься, это Тарий Осбен, ректор МАМ, – немного дрожащим голосом проговорил маг.
– Ректор… МАМ. – Мои глаза сами собой округлились, и я с ужасом поняла, кто передо мной.
Тарий досадливо поджал губы и в то же время отстранился от меня, давая возможность подняться.
А я с ошарашенным видом продолжала открывать и закрывать рот, осознавая, кого совсем недавно допрашивала возле живой изгороди поместья. Благодарная память тут же начала подсовывать новые сцены нашего знакомства, где я ломаю ректору нос и рычу!
– Святая богиня, – наконец-то промямлила я.
– Простите.
– Ну, святой богиней меня пока никто не называл, хотя приятно, не спорю, – усмехнулся Тарий, вальяжно откинувшись на спинку кресла.
Я тут же залилась краской, стесняясь своей излишней эмоциональности и необдуманных поступков. Нападение на ректора МАМ… Интересно, меня за это накажут или как? Но тут же вспомнилось, как назвал Орэн этого юношу. Тарий Осбен. Имя само возникло в голове, а следом предстало перед мысленным взором письмо из моей шкатулки. Неужели это и есть тот, о ком говорил Дримлеон? Неужто судьба может быть такой изворотливой и непредсказуемой? Дыхание сбилось, и мне пришлось вцепиться пальцами в обивку кресла, в котором я сейчас сидела, чтобы удержать себя на месте и не кинуться к ректору с вопросами, что так мучают меня вот уже четыре месяца.
Должно быть, неверно истолковав выражение моего лица, Орэн сказал:
– Не бойся, Мара, никто не будет тебя наказывать за то, что произошло. Это всего лишь недоразумение.
