Страшно хотелось напиться. А еще — не влезать никуда.
— Она джийнарка чистой крови.
— Мало ли джийнарок было взято в плен на этой войне? Зачем Гильдии именно эта? Ни один выкуп не стоит таких усилий. Они ведь даже тебе заплатили, чтобы ты сейчас наставил меня на путь истинный, и, думаю, не мало. Из-за какой-то девчонки? Кто она?
Тэд поставил бокал на стол.
— По моим данным, — сказал он, — девушка владеет магией. У нее это в крови. И это опасно. Помнишь, молнии, что шли за нами по пятам? Помнишь, да? Это мужская часть магии, она всегда на виду.
Ты знаешь, что женская часть магии связанна с землей? Твоя девочка может психануть, и разом сделать бесплодными земли на много миль вокруг. Может сделать так, что вся трава разом полезет в рост. Ты видел, как корни растений разрушают каменные стены? Она разрушит Илой. Это опасно, Ренцо. Ты хочешь за это отвечать?
— Тогда постарайтесь не пугать ее, чтобы она не психовала, — сказал Ренцо, поднимаясь на ноги.
Дальше будут только запугивать.
Честно говоря, суть магии он понимал, но к такому готов не был.
Да и не уверен… Впрочем, скорее всего, Мэй действительно могла бы… Убить землю на много миль?
— Подумай! — крикнул Тэд ему в спину.
Сад полон людей, светло, как днем.
Эмир вместе с консулом в тихой беседке за колоннадой, но к нему не подойти. Ренцо проверял. Стоит сделать уверенный шаг в тут сторону, и на его пути, буквально из ниоткуда, возникают двое-трое крепких вежливых ребят в штатском. «Не стоит тревожить эмира»."
"Старый друг отца — сеньор Чезаре, случайно оказался рядом, и Ренцо послушно порадовался встрече, обсудил с ним недавнюю войну, цены на апельсины и нынешнюю молодежь… ах, да, еще Лене.
«Ты молодец, Лоренсино, что проучил, наконец, эту стерву. Давно надо было показать ей, кто в доме хозяин. Я свою Мелинитту, бывало, ремнем лупил, если только глянуть смела…» На сколько Ренцо помнил, Мелине, вторая жена сеньора Чезаре, умерла от родов в двадцать пять лет.
И как-то начал уже жалеть, что все знают о том, что он бьет жену, и некоторые одобряют, а он вовсе и не причем.
Пойти исправить?
Сеньора Лаура, жена цензора Армандо Гольдони, смотрит на Ренцо с нескрываемым презрением. Когда-то она любила заходить к матери поболтать, приносила им с братом сахарных петушков… На свадьбе с Лене — сначала так горячо и невыносимо долго поздравляла молодых, но скоро ей стало не до того, и до конца вечера лишь старательно отбирала у мужа нескончаемые бокалы с вином.
