Имэйдаль… Да сколько их, таких лисичек? Джийнарская кровь… Это детское, домашнее имя, но официальное она назвать не хочет. Боится? Пытается защитить?
Кого может защитить эта девочка?
У нее тонкие нежные пальчики, несмотря ни на что. Веснушки на носу.
Когда он снимал ее с лошади… поймал, поставил на землю, и едва нашел в себе силы отпустить. Невыносимо. Она замерла в его руках, поджав губы, глядя в сторону. Отпускать ее не хотелось, хотелось прижать к себе и целовать. И невозможность, неправильность этого — пронзала острой болью в висках и где-то под ребрами.
Ослепляя.
Не сейчас.
Ренцо боялся спугнуть ее. Одно неверное движение — и ненависть в глазах.
А ненависти он не хотел, и так хлебнул с лихвой. Теперь хотелось тепла и мира.
Устал.
Уходя из Джийнара, они оставляли за собой выжженные поля."
"Не победа — мир. Спустя пять долгих лет. Мир на условиях Илоя, но все же не победа. А ведь казалось, уже все решено. Они прошли все до конца, захватили Лааш, крепость в Этране, оборонявшуюся до последнего — всю осень, всю зиму и всю весну.
Взяли крепость. Ренцо казалось, он может гордиться, это его победа и его слава! Там, в Этране, по большей части, руководил он, Тэд уехал решать другие важные дела. Казалось, все безнадежно, но они взяли. Казалось — это последняя точка в войне.
Она и была последней.
Потому, что Юттар, молодой эмир Джийнара, договорился о чем-то за их спинами с Гильдией, и Гильдия велела уходить. Тэд, вероятно, знает о чем, но Ренцо не докладывали. Его просто похлопали по плечу и сказали, что он молодец, и что кровь, пролитая в Этране, была пролита зря — они договорились без него.
Джийнар будет платить дань, часть земель до южного течения Тайруски переходит Илою, много всего переходит. Но илойских солдат не должно остаться на джийнарской земле.
Солдатам тогда выкатили вина, сказали, что Джийнар побежден, идем домой, и все шлюхи Илоя уже ждут с распростертыми объятьями своих героев.
Шлюхи ждут, но только в сердце — пустота.
Ренцо напился тогда вхлам, впервые за те пять лет.
Едва не подрался с легатом.
К черту.
Домой, так домой.
Он солдат, договоры о мире — не его дело.
Его ждет жена и виноградники. И к черту.
Уходя, они, со злости, выжгли все за собой, оставляя степи Джийнара пустыми. Лишь пепел и камни.
И гроза в небе. Молнии. Молнии не оставляли их до самой границы. Иногда казалось, древние джийнарские боги спустились с небе, вот-вот покарают. Казалось, это боги Дымных Гор договорились с Гильдией.
