Когда я выговорился, мне стало легче. Воздух снова вернулся. Я стал немного соображать.
У Лиссы родители тоже умерли во время войны, но им не дали титул. Впервые за столько лет я вспомнил слова Маркуса, о том, что все воевали вместе.
И на миг, когда она спросила про титул, мне стало мерзко от того, что нам с Маркусом подарили несколько поместий.
Одно дело обмануть герцога, другое обычных жителей. Первые могли поднять скандал и устроить настоящий резонанс, а вторые — тихо приняли свою судьбу.
И все же эта обстановка располагала к доверию.
Мы были вдвоем в полумраке, Лисса все хлюпала носом, чередуя шмыганье с улыбкой. Она была очень эмоциональной.
При каждом моем слове ее лицо могло измениться от сочувствия до негодования. А когда она рассказывала про свою бабушку, ее глаза светились, и даже слезы на щеках не могли изменить того, что она выглядела счастливой.
Сложно предположить к чему бы привел этот разговор дальше, если бы снаружи что-то не заскрипело.
Но в момент, когда скрипнула дверь, ко мне таки вернулась способность мыслить.
И я понимал, как это выглядит. А оправдываться, почему Лисса оказалась здесь со мной я не собирался.
Лисса успела прокричать, что мы здесь.
А я в последнюю минуту успел приказать Лиссе:
— Молчи, — она вмиг замолкла, и я таки успел активировать магию. Заклинание я построил криво, ведь у меня были секунды для его активации.
— Ну и что ты тут делаешь? Отлыниваешь? — со злостью спросил Вик, когда распахнул дверь."
"— Застрял, — ответил я.
— Замок сломался.
Вик активировал свою магию и провел рукой рядом со скважиной, а после нахмурился. Значит, скважину действительно сломал бытовой маг. И при том, что Вик дверь таки открыл, значит, сломали ее специально с моей стороны.
Пара взмахов руки и я понял, что злосчастный замок он починил.
— Я слышал женский голос, — сказал он, осматривая подсобку. Вик внимательно рассмотрел все, что было рядом. Лисса молчала, она не понимала, что происходит и просто сверлила взглядом мою спину.
— Показалось.
Я взял с полки короб. Заклинание все же сработало, раз кроме меня он никого не видел. Возможно, будь здесь светлее, он бы увидел мою иллюзию, но полумрак скрыл то, что я сделал наспех.
— Хочешь помочь? — спросил я.
Вик самодовольно усмехнулся, распрямил плечи, на манер, как это делают барышни, чтобы выпятить грудь. Ну или петухи перед дракой.
— Работай быстрее, — надменно сказал он, и пошел самой настоящей петушиной походкой по своим делам.
