Обычная девушка, женщина. Любила
шить, вышивать… Извини, родная, — он посмотрел
на дочь, — за те слова, что я сейчас произнесу. Твоя
мать не была очень умной, скорее наивной
простушкой, и однажды она обмолвилась, что
познакомилась с умной и обаятельной девушкой, которая приходила к нам в гости, но всегда в мое
отсутствие. Потом, когда твоя мать сбежала, я
пытался найти эту девушку. Но соседи ничего не
видели, только пожилая леди, живущая напротив
нашего дома по другой стороне улицы, сказала, что
неоднократно видела, как Гленн выходила из дома
в
сопровождении
девушки,
с
совершенно
незапоминающейся внешностью.
Она же и увидела
их вместе в тот день, когда ушла моя супруга.
— А эта леди жива? — уточнил Гелеон. Ему
пришлось пояснить, — мне просто интересно.
— Жива и по-прежнему сидит частенько у
окна и наблюдает за всем происходящим на улице.
Если появилось желание с ней пообщаться, дам
адрес, как и тетки Гленн. Правда, мы с ней давно не
встречались, она винит меня в том, что ее
племянница пропала, — ответил инспектор и
пододвинул мне два пакета, полученные из
столицы, — можешь изучать, Аллиан.
Мы завтра с
утра займемся вашим утопленником, а вы с Лайли
не покидайте пансион до нашего возвращения. Вот
гнетет меня мысль, что не просто так из приюта
отпустили мою дочь. Хотя мне хочется верить, что
новая
хозяйка
переведет
приют
в
более
приспособленное для девочек место.
— Хорошо, как скажете, — согласилась я и,
забирая пакеты, поднялась, — вы не будете
возражать, если я покину гостиную? Хочу
приступить к чтению, чтобы перед сном подумать о
том, с чем ознакомилась.
Естественно, никто не возражал: Гелеон и
писатель планировали завтрашний день, инспектор
сидел со свитками и думал о том, кому
потребовалось убивать лорда Николаса, чья
характеристика,
полученная
из
столичной
криминальной полиции, была сведена писателем в
несколько слов: авантюрист, ловелас и позер. Лайли
покинула гостиную вместе со мной, пожелав всем
доброй ночи, и я услышала, как закрылась на
внутренний замок дверь в ее комнату.
Положив
документы на стол, я подошла к окну и сквозь
прозрачную штору оглядела соседние дома. На
улице было довольно сумрачно, и из окон, закрытых плотными ночными шторами, еле-еле
пробивались огоньки, стояла тишина, нарушаемая
стрекотаньем цикад.
Задернув ночные шторы, я зажгла светильник
и, вынув документы из первого пакета, приступила
к чтению.
