— Хорошо, хорошо, — убрав открытку и
конверт в верхний ящик стола, я захватила сумочку
и, образовав переход в прихожей, мгновенно
оказалась в парадной Тайной канцелярии, где у
окна стоял Кир и смотрел на меня.
— Я был уверен, что ты сейчас появишься, —
здороваясь, сказал он мне и открыл дверь, —
пойдем, лорд уже в комнате допросов.
— Странно, а почему там? — удивилась я. —
Разве свидания там проходят?
— Нет, но ты не его родственница или
подруга, — поведал Кир, — и потому без
наблюдения за ходом вашего общения разрешения
никто бы не дал.
Он согласился.
В допросной за столом сидел лорд
Виллистерн и задумчиво смотрел на непрозрачную
стену напротив него, где, как я поняла, находился
кто-то из сотрудников.
— Доброе утро, Вы хотели меня видеть? —
спросила я, занимая место за столом напротив
лорда, а Кир закрыл за собой дверь и мы остались
вдвоем. — Я слушаю Вас.
— Видана Тримеер, — задумчиво произнес
лорд, чуть склонив голову к плечу и рассматривая
меня так, будто увидел впервые, — конечно, я
хотел увидеть ту, что сломала планы по моему
возвращению в империю и послужила причиной
моего заточения здесь и последующей смерти.
Вы
же не будете отрицать, что по суду я получу
смертную казнь, как соучастник убийства Вашего
прадеда лорда Георга Тримеера и императора
Птолемея?
— Я не императорский суд и выносить
приговор не могу, потому не знаю, к чему он Вас
приговорит:
смертной
казни
или
долгому
заключению. Но ведь Вы не только в их смерти
виновны, но и Эдвина Сент-Жена, не так ли? Мы
нашли его останки, — сказала я, спокойно глядя на
лорда и понимая, что за нами ведется наблюдение
из двух потайных ниш.
— Нашли… молодцы, снимаю шляпу, —
улыбнулся лорд, прекрасно знавший о наличии ниш
и наблюдателей в них. — Вот видите, как только
Гелеон оказался перед лицом смертельной
опасности, так сразу в нем проснулись магические
дары его родственников. А сколько я не бился, так
ничего не мог вытащить из него.
— Но зачем Вы его убили? Неужели дело
было только в Беатрис Фэйн, в замужестве
Сент-Жен? — я спрашивала, чтобы расставить все
точки и получить полную картину случившегося
тридцать с лишним лет назад.
— Ну, это прошлое, — поморщился мой
странный собеседник, — расскажите мне о
последних минутах жизни моей тетушки. Ведь это
Вы были той самой крестницей, спрятавшейся под
личиной юной Аллиан Лист. Она очень страдала?
Почему это случилось?
— Мы беседовали, просто беседовали.
