"
"Каждый вечер после закрытия магазина Говард, выдвинув ящик допотопного кассового аппарата, начинал пересчитывать мелочь и засаленные купюры, перед тем как убрать их в сейф. А Обри у себя на службе никогда не притрагивался к деньгам, хотя переправлял баснословные суммы с континента на континент. Он управлял и распоряжался денежными потоками, а когда обстоятельства складывались менее благоприятно, по-хозяйски взирал на их исчезновение. В глазах Говарда Обри был окружён мистической оболочкой, пробить которую не смог бы даже обвал мирового финансового рынка; хозяин кулинарии никому не прощал обвинений в адрес таких, как Обри, которые якобы ввергли страну в нынешнюю пучину финансовых трудностей.
Когда в стране была тишь да гладь, никто почему-то не жаловался, приговаривал обычно Говард; он оказывал Обри уважение, достойное генерала, раненного на непопулярной войне.
В то же время Обри, как член областного совета, имел доступ к интересным статистическим данным и делился с Говардом многочисленными сведениями о ненавистном предместье Пэгфорда.
В результате они оба знали объёмы вливаний, бесполезных и безвозвратных, в обветшалые кварталы Филдса, знали, что тамошние жители не являются домовладельцами (тогда как краснокирпичные дома в Кентермилле почти сплошь были выкуплены в собственность и обихожены до неузнаваемости: приоконные ящики с цветами, крылечки, аккуратные газоны); знали, что почти две трети населения Филдса сидит на шее у государства и что многие проходят через наркологическую лечебницу «Беллчепел».
VI
Говард всегда носил при себе мысленный образ Филдса, как воспоминание о страшном сне: исписанные похабщиной доски поперёк окон; подростки с сигаретами в зубах, вечно болтающиеся под разбитым навесом каждой автобусной остановки; повсюду спутниковые антенны, воздетые к небу, как обнажённые сердцевины угрюмых железных цветков. Он часто задавал себе риторические вопросы: что мешает людям сообща навести порядок у себя в районе? Что мешает объединить свои скудные ресурсы и купить одну газонокосилку на всех? Так нет же, Филдс полагал, что оба совета, областной и местный, обязаны убирать, чинить, ухаживать — и давать, давать, давать.
От таких мыслей Говард обычно переносился на Хоуп-стрит времён своего детства: на задних дворах, пусть даже крошечных, размером со скатерть, как, например, у его мамы, почти повсеместно росли турецкие бобы и картошка.
