Кей, никогда не видевшая её без верхней одежды, заметила, что оранжевый топ ей узковат, а под ним во всех деталях вырисовывается кружевной бюстгальтер. Лицо было ещё более смуглым, чем клеёнчатый бюст; жирно подведённые глаза совершенно её не украшали, а побрякивающие золотые серьги и золотистые туфли на высоченных каблуках придавали ей, по мнению Кей, бордельный вид. Саманта произвела на неё впечатление заядлой тусовщицы из тех, что обожают «стрипограммы», в компании напиваются, а потом лезут ко всем мужчинам без разбора.
— Приветик, — сказала Саманта, целуя Гэвина и улыбаясь его спутнице. — Отлично: вижу, у всех налито. Я буду то же самое, что Кей, Майлз.
Она развернулась и пошла к креслу, быстро оценив гостью: грудь маленькая, бёдра массивные; специально надела чёрные брюки, чтобы скрыть задницу. Ей бы, решила Саманта, не помешали высокие каблуки — ножки-то коротковаты. Лицо довольно милое, кожа гладкая, чуть загорелая, большие глаза, сочные губы; но стрижка под мальчика и туфли на плоской подошве однозначно указывали на Высокие Принципы.
Гэвин в своём репертуаре: подцепил очередную скучную, властную тётку, с которой будет мучиться.
— Ну что ж! — оживлённо завела Саманта, поднимая бокал. — За Гэвина и Кей!
Она с удовлетворением отметила жалкое подобие улыбки на лице Гэвина. Но не успела она вогнать его в краску или вытянуть из этой парочки какие-нибудь личные подробности, чтобы утереть нос Ширли и Морин, как в дверь опять позвонили.
Мэри выглядела хрупкой и угловатой, особенно рядом с Майлзом, который сопроводил её в гостиную.
Футболка свисала с выпирающих ключиц.
— Ой, — растерялась она, переступив порог. — Я не знала, что у вас сегодня…
— Гэвин и Кей просто заглянули на огонёк, — чуть нервно объяснила Саманта. — Входи же, Мэри, прошу тебя… выпей что-нибудь.
— Мэри, это Кей, — представил Майлз. — Кей, это Мэри Фейрбразер."
"— О… — Кей сникла; она-то надеялась, что они просто посидят вчетвером. — Добрый вечер.
Гэвин, который сразу понял, что Мэри вовсе не рассчитывала попасть на званый ужин и готова тотчас же развернуться и убежать, похлопал рядом с собой по дивану; робко улыбаясь, Мэри подсела к нему.
Её приход доставил ему несказанную радость: у них появился буфер; даже Саманта должна понимать, что в присутствии недавно овдовевшей женщины сальности неуместны, а к тому же удушающая симметрия их четвёрки была нарушена.
— Как ты? — тихо спросил он. — На самом деле я собирался тебе позвонить… наметились кое-какие подвижки со страховкой.
