И вот теперь мне стало откровенно не по себе. Да что же этого такого? Как оно может быть? Еще никогда еще моя сила меня не подводила! Я, хоть и долго к ней привыкала, но уже научилась на нее полагаться. А сейчас… С чем это связано?
Кажется, мой жест заметили. Во всяком случае, Дерек вздохнул и снова посмотрел на мою шею, к которой прижималось лезвие кинжала. Нет, я понимаю, что он медлит, потому как боится, что я пострадаю. Здесь же будет выигрыш буквально на секунды. Но почему он не воздействует магией? Он же сильный колдун, я точно знаю.
А грабитель тем временем чуть сильнее надавил лезвием на мою шею и проговорил:
– Ну и что же ты творишь, крошка? Нехорошо так, поступать. Мы к тебе со всем теплом,. Так сказать, объятия раскрыли. А ты хотела нас магией. Не стыдно?
Стыдно мне не было. Вот только откуда они об этом узнали? Что вообще происходит? И какого черта Дерек до сих пор медлит?
– Что вы? – пропищала я. – Какой магией?
Черт, ну как же хотя бы раз в жизни заплакать по заказу! Сложно, но другие ведь каким-то образом это делают? Так почему я не могу? Где в жизни справедливость?
Вот на последнем вопросе я почти почувствовала, как надо мной начали ржать Высшие.
Какая, к черту, справедливость, если меня сначала укусила змея, потом я оказалась в чужом мире, вышла здесь замуж? А теперь меня убьют разбойники.
– Все просто, куколка, – с усмешкой проговорил Дон, наблюдая при этом и за Дереком, и за возницей, которого он заставил перейти ближе к нам. – У нас есть одна замечательная игрушка, которая гасит магию, примененную в ее присутствии.
Любую.
Твою ж мать! Вот, значит, почему Дерек не атакует. Тут вопрос будет исключительно в скорости. И Дик находится ко мне явно ближе, чем Дерек. Кажется, я попала!
– Амулет? – удивленно спросила я. – А что, такие бывают? – и хлопнула ресницами для усиления эффекта. Впрочем, удивление изображать не пришлось. Я действительно не знала о существовании таковых. Хотя, может, просто не интересовалась. Все-таки в последнее время я убедилась, что у меня очень узкий круг интересов.
Надо будет потом, в свободное от замужества время, провести самоликбез. Если выживу, конечно.
– Крошка, с твоей внешностью совершенно не страшно не знать таких пустяков, – заржал Дик и обратился к своему приятелю. – Дон, да тресни ты их возницу по башке. Всяко легче тебе будет.
Вот теперь мне стало страшно. Потому что, в зависимости от силы удара, может и опасность быть разная. Он же человек, я не хочу, чтобы он пострадал.
