– У вас такой вид, будто…
– Со мной все прекрасно, – ответила я. Этого мне еще не хватало! Иные господа – хуже базарных сплетниц: сейчас начнет проявлять сочувствие, а цель-то на виду – выведать что-нибудь интересное, о чем члены Большого Совета не проговорятся! Тьфу, пакость… – Прошу извинить, я спешу.
– Госпожа Нарен, – Таваль нагнал меня, пристроился в ногу. – До меня дошел слух, будто кое-кто из Совета к вам не расположен…
– Это их проблемы, – сказала я."
"– Боюсь, ваши тоже, – серьезно произнес маг, осторожно прикоснувшись к моему локтю.
– Я не в курсе подоплеки происходящего, но точно знаю одно: у вас есть недоброжелатели. И немало.
– Благодарю, я в курсе, – я ускорила шаг.
– Вы можете рассчитывать на меня, госпожа Нарен, – вовсе уж тихо сказал Таваль. – На меня и на других. Единства в Коллегии нет, помните об этом…
Он отстал, свернул в какой-то коридор, а я только выругалась вполголоса. Вот еще новости! Сперва невесть с чего ополчившийся на меня Ресс, которого неожиданно придержал Танне, теперь еще Таваль с предложением помощи! Этому-то что надо?! «Единства в Коллегии нет!» Удивил, ничего не могу сказать… В этих коллежских играх без бутылки орты ничего не разберешь, а у меня и без того забот хватает! И еще это мерзкое ощущение, будто меня снова разыгрывают втемную, на этот раз уже не один Наор, а вся Коллегия! Впрочем, если Наор состоит в ней, что можно считать непреложным фактом, то, выходит, игра просто вышла на новый уровень.
А я по-прежнему не знаю правил и не представляю, каковы ставки и цель этой игры!
Выругавшись на сей раз на северном диалекте – в родном языке просто не нашлось слов и выражений, чтобы полноценно выразить обуревающие меня эмоции, – я вылетела под открытое небо и потребовала оседлать лошадей. Посмотрела на Лауриня: на солнечном свету он выглядел еще хуже, – выругалась еще раз, теперь уже в полный голос. Лейтенант не отреагировал, ему, судя по всему, было совсем худо.
– До постоялого двора хотя бы дотянете? – спросила я.
– Конечно. Но лучше бы в Арастен… – говорил Лауринь очень тихо, и я знала почему: сейчас любой громкий звук был для него пыткой.
– Далековато, – ответила я. – Ладно, посмотрим, как пойдет. Едем, Лауринь.
– Так точно.
Нам отворили ворота. Наконец-то! Последнюю неделю я безвылазно проторчала в этом проклятом поместье.
