– Почему вы не избавились от книги сразу же, как поняли, чтó попало вам в руки?
– На тот момент я еще рассчитывала добраться до представительства Коллегии, – ответила я чистую правду. – Кроме того, я обнаружила, что книга защищена от уничтожения, но у меня не было времени искать способ обойти эту защиту."
"– Но в итоге вам все же удалось это сделать, – заметил Ресс.
– Да, благодаря Борасу, – безмятежно ответила я, хотя на самом деле едва сдерживала раздражение. Я знала, что ответы мои выглядят не слишком убедительно, но других не имелось; врать же было опасно.
«Стой на своем, – сказал мне дед, а к его советам стоило прислушиваться. – У них ничего нет против тебя. В итоге они еще вынуждены будут тебя наградить!» В награды верилось слабо: Большой Совет выглядел настроенным недоброжелательно. Еще бы, упустить наследство Такейнов!
– Как прикажете это понимать? Вы были в сговоре? – не отставал Ресс. Определенно, у него что-то на уме! Раньше он себя так не вел! Но зачем ему пытаться меня очернить, да еще так нелепо?
– Да, разумеется, – желчно ответила я, и Ресс дернулся от неожиданности.
Танне и остальные насторожились. – Мы договорились, что он прикончит меня быстро, если я не буду сопротивляться.
– Госпожа Нарен, я прошу вас воздержаться от неуместных шуток, – сдержанно попросил председатель. – Мы собрались здесь не для светской беседы.
– В таком случае, быть может, мы не станем уклоняться от темы заседания и выяснять, не состояла ли я в сговоре с Раймо Борасом и каким образом он подсказал мне способ уничтожения книги? – Я начала злиться.
– По-моему, все это было установлено еще на предварительном дознании, и все протоколы в вашем полном распоряжении, господа. Кроме того, если вам недостаточно слов независимого судебного мага, то напомню – у меня есть свидетель.
– Не горячитесь, госпожа Нарен, – примирительно произнес Танне. – Таков порядок. Впрочем, учитывая вашу безупречную репутацию, думаю, мы можем опустить повторение подробностей.
Все ознакомились с протоколами, господа?
Господа подтвердили, что да, ознакомились, а некоторые и по нескольку раз. Ресс пытался возражать, но голоса ему не дали. Странно все же… Обычно придворный маг не выказывал ко мне такой явной неприязни, это было совершенно не в его привычках. Впрочем, я быстро отвлеклась от него, потому что в зал ввели единственного моего свидетеля – лейтенанта Лауриня.
