"
"Ания, помедлив, поднялась на ноги, постояла, глядя на дядю, потом осторожно закрыла ему глаза.
– Отмучился, – сказала она спокойно и взглянула на меня. – Госпожа Нарен, вы слышали последнюю волю моего дяди. Вы можете забрать его документы. Они все хранятся здесь и в соседней комнате, там был дядин кабинет… – Она быстро смахнула слезы. – Мне нужно отдать распоряжения… Прошу извинить меня.
Ания быстро вышла из комнаты. Мы с Лауринем переглянулись.
– Не будем терять времени, – сказала я. – Вы беритесь за книжный шкаф, а я займусь письменным столом.
Как следует перетряхивайте книги, в них могут быть заложены бумаги.
– Но, госпожа Нарен…
– Быстро, Лауринь, – повторила я не терпящим возражений тоном. – Вы слышали последнюю волю покойного.
К тому моменту, как слуги пришли заняться телом Старсиса, мы с Лауринем успели перевернуть вверх дном и спальню, и кабинет, но не нашли ничего ценного, во всяком случае, на первый взгляд. Ни переписки, ни дневника… Я проверила – тайники в комнатах имелись, но и там не оказалось никаких документов.
С разрешения Ании мы быстро осмотрели и остальные помещения, но опять-таки ничего не обнаружили.
– Ладно, разбираться буду дома, – сказала я, складывая найденные документы, а их было не так уж мало, в объемистую папку. – Держите, Лауринь, и постарайтесь не потерять. Идемте.
Распрощавшись с Анией Старсис – она отнюдь не выглядела убитой горем, да и не удивительно, – мы отправились на конюшню. Конюх стоял возле серого вейрена, ласково оглаживая коня.
– Чтой-то он сам не свой, – сказал он, заметив нас. – Может, чужие лошади не нравятся? Да вроде раньше не замечал за ним такого…
– Нейр Старсис умер, – сказала я коротко, направляясь к своей кобыле.
– Ох ты… – Конюх покачал головой и снова потрепал коня по холке. – Значит, почуял, что нету больше хозяина, а, Син?
– Что ты сказал? – насторожилась я.
– Я говорю, чует, должно быть, что хозяин помер, – повторил конюх.
– Нет, ты как-то назвал коня… – нахмурилась я.
– А, так кличка у него – Син, – сообразил конюх.
«Все… син… все… бумаги… там…» – всплыло у меня в памяти. Так может, Старсис пытался сказать, что…
– Тебя, кстати, хозяйка звала, – сказала я конюху.
– Иду, – кивнул он. – Сами-то, господа, с лошадьми управитесь?
– Не впервой, – хмыкнула я. – Управимся…
Стоило конюху выйти во двор, я ринулась к серому вейрену. Старсис любил коня, частенько заглядывал к нему, это никого не удивляло.
