Эрвин повторил ее жест, потом посмотрел на меня исподлобья.
– Все говорят, что он нас бросил, – сказал он. – Потому что бабушка так сказала. Как будто папа записку оставил. Только эту записку никто не видел! Бабушка сказала, что сожгла ее…
– Правда-правда, – кивнула Эрна. – А на самом деле… Ой, госпожа Никс, только не говорите бабушке, она не знает!
– Не скажу, – заверила я. Бедные дети, вывалить все свои секреты первой же встречной, которая уделила им чуточку внимания! А если бы на моем месте оказалась настоящая учительница? Вполне вероятно, что она донесла бы Эвине, и что тогда?
– Той ночью папа к нам зашел, – прошептала Эрна.
– Он думал, что мы спим, а мы не спали и все слышали.
– Я спал, – поправил Эрвин. – Ты мне потом рассказала…
– Папа очень тихо пришел, – сказала Эрна. – Посидел сперва у меня на кровати, потом у Эрвина. По-моему, он даже плакал… Он сказал, что должен уехать. И попросил у нас прощения, что не может забрать нас с собой, потому что у него сейчас даже нет своего дома… Я решила, что мне снится, а иначе бы ни за что его не отпустила!
– А утром бабушка сказала, что он нас бросил, – завершил Эрвин.
– Она же не знала, что папа к нам заходил, а Эри не спала и все слышала, что он сказал.
– Понятно… – протянула я.
Ничего не понятно, честно признаться! Почему отец близнецов уехал среди ночи, тайно? Что он не мог забрать с собой двоих маленьких детей, еще можно понять, куда бы он с ними делся, без денег, без помощи, на большой дороге! Но почему он не вернулся позже? Такие, как он, не сдаются! Или время еще не пришло?
– Он ведь вернется, правда ведь, госпожа Никс? – тихо спросил Эрвин.
– Конечно, – сказала я твердо. – Он обязательно вернется. Скажите, вы знаете, как вашего отца звали до того, как он женился на вашей маме?
Эрвин кивнул.
– Знаем, – сказал он. – Мы долго учили… И другие имена тоже учили, только потихоньку от бабушки.
– Какие другие имена? – не поняла я.
– Имена предков, – пояснила Эрна серьезно. – Как звали нашу другую бабушку, и дедушку, и прабабушку с прадедушкой, и так еще много-много пра-пра!
– Поняла, – улыбнулась я.
Вполне логично, северяне отлично знают свою родословную, неудивительно, что и этот человек постарался рассказать детям об их предках по своей линии, а не только по линии Лиссель. – Так все же, как звали вашего отца?
– Герстайн-ар-Сагрель из Дома Аолле, – важно выговорил Эрвин.
Я мысленно присвистнула. Вот уж точно, занесло так занесло!
– Я попробую узнать что-нибудь о нем, – сказала я.
