Ты подумала, что я с кем-то в библиотеке, заплакала и решила выбежать из дома? Я правильно понимаю?
Выдыхаю всю неуверенность, что сидит во мне, и смело киваю. Если бы не встретила Игната в дверях, ни за что потом не поверила в его непричастность к страстным стонам домработницы.
— А на улице что хотела делать? — прищуривается.
— Уехать… домой к себе… или к родителям на юг.
— Пи…сец! — не выдерживает Майский, притягивая меня за попу вплотную и обнимая обеими руками. Не то желая задушить, не то в себя вдавить, сделав одним целым.
Опять утыкаюсь в крепкую шею и вдыхаю полюбившийся аромат.
Хорошо. Уютно.
Спокойно.
— Я с тобой поседею раньше времени. — ворчит в макушку.
Не отвечаю, просто обнимаю в ответ и дышу… Дышу…
Нашу идиллию прерывает хихиканье Кати и… Шубера, что буквально вваливаются в кухню.
— Ооо, не помешали? — выдает весело Павел Олегович, но тут же давится смешком и закашливается, перехватив взгляд Игната.
Я тоже его замечаю, поскольку к новоприбывшим не оборачиваюсь. После истерики нос, как и глаза краснющие, уверена в этом.
Хочу сначала умыться, чтобы не сильно пугать народ.
М-да, взглядом Майского можно не только запугивать и до икоты доводить, но и убивать.
- Смотрю, тебе уже лучше? — выдает хозяин дома таким холодным тоном, что заморозит даже летом.
- Лучше, — подтверждает Шубер, но уверенности в голосе явно становится меньше.
— Вот и отлично! — ухмыляется мой мужчина.
— Значит, вечером разомнемся на матах в зале.
И я даже слышу, как сглатывает гость.
— Дать воды? — переключается Игнат на меня, и теперь тон его совершенно другой. Вкрадчивый и мягкий.
— Угу, — соглашаюсь сразу, — и таблетку от головной боли.
— Сейчас сделаю. — отходит на минуту и возвращается со всем необходимым. — Катя, накрывай стол к ужину… на четверых. Я так понимаю, что ты сегодня тут ночуешь?
— Ага, — подтверждает Шубер за девушку.
— Отлично. Значит, Паша, поможешь ей.
— подводит итог Игнат и снимает меня со столешницы. — Мы скоро вернемся.
— Завтра твои вещи перенесём в нашу комнату. — Майский заваливается на постель, закидывая руки за голову, и внимательно наблюдает за тем, как я сначала умываюсь, а после переодеваюсь.
Киваю, особо не задумываясь. После произошедшего чувствую некую растерянность. Словно балансирую на канате в воздухе.
С одной стороны, корю себя за то, что подумала про Игната хуже, чем есть. И мне стыдно.
