"
"Левый, что на шаг впереди, замахивается, целясь в лицо. Уклоняюсь от удара в сторону, пропускаю его чуть вперед и бью локтем в висок. Второго отталкиваю правой ногой в живот и опрокидываю на мелководье.
Оборачиваюсь, чтобы определить, где находится малышка. Умница, отошла дальше, чтобы не мешать. Пузатый пока далеко от нее, не доберётся. Я на пути.
Тот, что слева, снова бросается на меня, пока правый поднимается из воды. Не хочу затягивать. Ставлю блок на чужой удар, уводя руку в сторону, и пробиваю по корпусу. Добавляю второй в лицо и коленом по животу.
Пока он заваливается, переключаюсь на второго, не давая ему возможности развернуться. Удар, еще удар. Как машина, без эмоций, которые могли бы помешать. Без напряжения, но от души.
Не повезло парню, если лицом торгует. Долго будет восстанавливаться, потому что чувствую, как костяшками пробиваю скулу и рву кожу.
Не успокаиваюсь, пока он не падает.
Готов.
Оборачиваюсь к первому, который еле поднимается.
— Добавить? — уточняю у лысого. Он задирает обе руки вверх и, отрицательно качая головой, отступает к валяющемуся в воде другу.
— Вон пошли.
Кивает и пятится, таща прицепом приятеля.
Переключаюсь на последнего утырка, что успел оббежать нашу троицу и подбирается к Лере.
Малышка у меня — тоже боевая девчонка. Когда жирный урод пытается схватить её за руку, бросает ему в лицо камушки. А они ни разу не мелкие. А Лера реально меткая.
— Сука! — вопит толстый, закрывая рожу. — Убью, тварь!
— Это вряд ли, — дергаю его за загривок и бью коленом в живот.
Моргунчик падает на колени, что меня вполне устраивает. Так удобнее будет разговаривать.
— Маленькая, ты у меня — умница! — улыбаюсь девчонке, давая понять, что уже всё хорошо, и можно расслабиться. На скулёж пузатого не обращаю внимания. Рано завыл, я еще даже спрашивать не начал. Подумаешь, бровь немного рассекло «блинчиком».
Лера выдыхает, но кулаки так и оставляет сжатыми. Смотрит в сторону хромающей парочке лысых и кивает сама себе.
— Может, прогуляешься по бережку, пока мы тут пообщаемся? — даю ей выбор.
Но она отрицательно качает головой и отступает на пару шагов, сосредотачиваясь на нашем громком госте.
Ясно. Не уйдет. Тоже хочет знать, кто и зачем к нам пожаловал.
Что ж, не спорю.
Имеет право.
Переключаюсь на стоящего на коленях пузана, и спустя десять минут слезных причитаний становится понятно, что с подачи Марова младшего его кореши решили проучить «наглую сучку». Про меня слышали, но думали, что больше понты, чем реальная угроза.
