— Знаешь, Ида, — вместо этого проговорила она, — в Гильдии считается крайней невежливостью, граничащей практически с прямым оскорблением или вызовом, когда один поводырь пытается каким-либо образом влиять на демонов, призванных другим поводырем: нападает или без разрешения отправляет назад в Загрань… — слова Рафаны вполне можно было принять как урок, всего лишь являющийся продолжением их обычной тренировки, но сам тон голоса, каким она это произнесла… Ида почувствовала, что в ее душе вновь вскипает злость, которая не найдя выхода в прошлый раз, так до конца и не погасла.
Дочь императора зарычала… Нет, зарычал все же демон. Впрочем, шагнули к брюнетке они уже одновременно:
— Не поздно ли ты об оскорблении заговорила? — девушка остановилась всего в каком-то метре от главы Гильдии — В следующий раз прежде, чем отправить моих демонов в Загрань, не забудь спросить у меня разрешения!
«И не смей запрещать нам охотиться!»
— И не смей запрещать нам охотиться… — Ида запнулась: лишь когда фраза была уже произнесена, она поняла, что озвучила мысли демона, а не свои собственные! Хотя вообще-то с этим чудовищем все было немного иначе, чем с предыдущими.
Если раньше она могла просто перестать контролировать себя, то сейчас ей достаточно было сосредоточиться, чтобы начать воспринимать мысли демона как просто фразы, которые он передавал ей: она их слышала внутри своей головы, но у нее все же получалось помнить, что они ей не принадлежат.
А вот дальше начинались сложности: как-то так получалось, что пока эмоции Иды и демона удивительным образом совпадали! Он был доволен — и она была довольна; она злилась — и он тоже впадал в ярость… И даже рычали они, кажется, вместе!
Ида не успела додумать эту мысль до конца, когда демон вновь издал тихий рык. На этот раз звук больше походил на утробное урчание — не угроза, просто попытка привлечь к себе ее внимание.
Девушка обернулась, встретившись с пристально смотрящими на нее глазами чудовища.
«Я хочу охотиться», — сухая горячая щекотка по позвоночнику. Ида невольно передернула плечами: ей никак не удавалось привыкнуть к этому странному ощущению. Впрочем, сейчас ее гораздо больше волновало содержание мыслей демона.
— Я не могу полететь с тобой… — ответила она.
«Тогда отпусти меня.
