Сама бы носила – да у меня пальчики до того тонкие и изящные, что сплошная мука перстни подобрать. Постоянно теряю! Так что отдала Алексу от греха подальше. И до чего ж я рада, что теперь рубин у вас!
Она со всей надеждой заглянули Лизе в глаза:
– Ведь он у вас?
Некуда было деваться… Софи умела напирать так, что ответить ей отказом решительно невозможно.
– У меня… – вымученно призналась Лиза. – Алекс и правда попросил меня стать его женой.
– Боже, боже, боже! – едва не взвизгнула Софи от радости.
И кинулась Лизу обнимать. – Какое счастье, Лизонька, какое счастье! Вы ко мне заглядывайте теперь почаще – по-свойски, по-семейному! Ах, я ведь всегда мечтала иметь дочь…
Лиза же снова почувствовала приступ жесточайшего раздражения: мягко высвободилась из ее хватки. Едва удержалась, чтобы вслух не сказать, что уж она-то о матери вовсе не мечтает: ее мать умерла. Для Лизы умерла, по крайней мере.
Вместо этих слов Лиза снова натянула на лицо улыбку и молвила крайне осторожно:
– Софи… вы мне, скорее, подруга, чем матушка: моя настоящая матушка, думается, была много вас старше.
И все же вы обе купеческие дочери, жили неподалеку… обе знали моего отца. Быть может, Софи, вы знали и мою мать?
Софи растерялась: подобного вопроса она не ждала. Но ответить ничего просто не успела – вдруг распахнулись двери, и в гостиную ввалился, светящийся счастьем, Лизин отец.
– Ох уж и озорники! – громогласно да радостно объявил папенька.
С живостью, которой Лиза давно уже от него не ждала, подпрыгнул к ней и схватил за руку. Поцеловал отечески, а после соединил ее руку с ладонью Алекса – да так и не позволил разойтись, удерживая обоих за плечи.
– Ну и озорники… – продолжал он, крутя головой то на нее, то на Алекса. – Все скрытничают! Все таят! Все вид делают, будто бы равнодушные друг к дружке – а сами! Вот вы знали, Софья Аркадьевна?!
– Что знала, Лев Александрыч? – невинно осведомилась Софи.
– Что сынок ваш любезный Лизы моей руки просит! Что отвечать-то им прикажете, а?!
– А что тут ответишь? – Софи тотчас включилась в игру. – Только благословение родительское дать да свадьбу поскорее готовить!
– Благословение? Это мы живо организуем! Ванька! – крикнул слуге. – Икону Казанской Божьей матери неси-ка поскорее!
Лиза едва не простонала: этого не хватало еще.
