Официантки стреляют глазками, подбираюсь свои декольте, расстегивают верхние пуговицы рубашек. А я бешусь. Ревную. Невольно. Босс ведет меня в уединенную комнатку.
Стоит приятный полумрак, играет тихая японская музыка. Ерзаю на кожаном диванчике."
"– Чего ты боишься? – спрашивает, когда мы читаем меню.
Не знаю, как сказать ему о своих страхах. Рядом с этим мужчиной я чувствую себя такой маленькой. Но защищенной. И наверняка нам нужно будет обсудить то, что он слушал мои песни.
– Я боюсь… – начинаю, но осекаюсь.
Кусаю губы. Смотрю на Игоря. Встречаюсь со взглядом его серых глаз. Пронзительным. Уверенным. Зачем ему такая, как я? Он может выбрать себе красивую, успешную девушку. Без грязного прошлого.
– Всё в порядке, – резко меняю вектор, – просто мне не хочется так сближаться.
– Почему? – не унимается босс.
– Мне кажется, – сглатываю, – мы уже обсудили наши отношения.
– Не помню такого.
Тем временем приходит официант.
– Мне салат, пожалуйста, – пищу, но Раенский лишь вздыхает.
– Принесите ей суп, салат из водорослей, мясо на сковородке и тирамису.
А ещё свежевыжатый сок без льда и травяной чай.
– Понял, – официант подхватывает меню и уходит.
Я возмущенно хватаю ртом воздух. Да что же это такое?!
– Игорь Олегович! – шиплю, – не решайте за меня!
– Ты болеешь, нужно кушать, птичка, – невозмутимо говорит он, – а теперь давай-ка обсудим то, что произошло в квартире.
Так сразу? Блин! Я не готова. Но Раенский настроен решительно.
– То, что вы нагло влезли в мою личную жизнь? – прячу страх за сарказмом.
– В свою сладкую киску ты пускаешь, – улыбается этот несносный, – а в душу нет. Вика. Тебе не нужно меня бояться. И ты опять выкаешь.
Отворачиваюсь. Мне пока стыдно и непривычно звать босса по имени.
– Я не боюсь, – хватаю салфетку и начинаю ее теребить, – просто… Всё слишком быстро. Слишком стремительно.
– Что именно?
– Не притворяйтесь! – вспыхиваю, – вы слушали! Просто взяли мой айпод и…
– Да, – он смотрит, сканируя и читая меня, как открытую книгу.
– Зачем?! Это моё! – кажется, будто он просто вскрыл мою душу.
– Птичка, – он поднимается, затем обходит столик, садится рядом.
Руки Игоря ложатся на мою талию. Носом мужчина зарывается в волосы.
– Ты очень хорошо поёшь. Я никогда не слышал подобного…
Что?
– Не врите… – всхлипываю.
– Я никогда тебе не вру, птичка, – шепчет он, – ты невероятная. Твой голос покорил меня.
– Ложь… – слезы льются по щекам.
Я так хочу ему верить!
– Нет. Ты не бумажки должна таскать, а петь.
