И поскольку у твоей сестры теперь есть своя семья, я понимаю, как ты пришла к такому выводу — что тебе следует положиться на Массимо как на единственного оставшегося так называемого члена семьи. Он, вероятно, даже использовал твою наивность, чтобы заставить тебя поверить в это.
Кажется, я потеряла способность говорить, слишком потрясенная и возмущенная тем, что он говорит.
— Не позволяй его словам обмануть тебя, Зара. Массимо не заботится о тебе. Его не волнует ничего, кроме его собственных коварных игр и тех острых ощущений, которые они ему приносят.
Это не его вина. Он просто не способен испытывать привязанность к кому-либо, кроме себя.
— А ты? — выдавливаю я из себя, с отвращением. — Ты будешь моим рыцарем в сияющих доспехах, спасая меня от лап большого злого волка?
— Я сделаю это. — Он останавливается по другую сторону стола и тянется, чтобы погладить меня по лицу. — Если ты мне позволишь.
Я отступаю назад, подальше от его прикосновений.
— Спасибо за галантное предложение, однако я вынуждена почтительно отказаться.
Выражение лица Сальво меняется быстрее, чем я когда-либо видела. В один момент он кажется сострадательным и понимающим, а в следующее его лицо превращается в маску чистой ярости. Его рука, на полпути к моему лицу, быстро меняет направление. Он хватает мое запястье карающей хваткой и тянет меня к себе.
— Почему? — рычит он сквозь зубы. — Я могу дать тебе все! Уважение. Безопасность.
— Салво! — кричу я, пытаясь выдернуть руку. — Отпустите меня.
— Я восхищался тобой много лет, Зара. Ты была бы для меня идеальной женой.
— Ты делаешь мне больно, Сальво.
— Что он сделал, чтобы вызвать такую преданность, а? Почему ты не хочешь отпустить этого человека? Он для тебя никто!
— Потому что я люблю его! — кричу я.
Лицо Сальво бледнеет. Он резко отпускает меня и делает шаг назад, его черты искажаются от смущения и недоверия. Это длится всего секунду, потому что, так же быстро, как и прежде, его поведение меняется. Раскаяние и, как я могу предположить, стыд переполняют его лицо, пока он проводит руками по волосам.
— Мне… мне так жаль, Зара. Я понятия не имел, и я позволил эмоциям взять верх надо мной. Я… я причинил тебе боль?
— Немного, — бормочу я, потирая нежную кожу запястья.
— Пожалуйста, прости меня. То, что я сделал… и то, что я сказал, непростительно. Ты же меня знаешь. Обычно я не такой. Просто… я так долго любил тебя издалека, что просто потерял рассудок на мгновение.
