— Как и тот прошлый преступник, который стрелял в нас на парковке торгового центра.
Я рассматриваю крошечные жемчужные застежки, разбросанные по моему обнаженному телу. Та, что находится около кончика моей правой груди, находится как раз на краю большого участка бледной кожи. Этой области я больше всего стесняюсь. Я всегда считала, что это делает мою грудь странной. Не сексуальной. Но это убеждение легко отбросить, когда Массимо смотрит на этот участок исключительно голодным взглядом.
— Совпадение? — спрашиваю я.
— Слишком много преднамеренности, чтобы быть совпадением. Кто-то приложил немало усилий, чтобы помешать мне занять пост дона. — Его голова снова опускается, чтобы лизнуть мою грудь. Теплый язык кружит вокруг пуговицы. Один раз. Дважды. Затем Массимо тянется ртом к моей ключице. Его любимое место, судя по тому, как часто он к нему возвращается. — Похоже, я не единственный кукловод в Семье. Кто-то еще участвует в этой игре. И он дергает за ниточки уже много лет.
Изнутри.
Я провожу рукой по щетине на затылке. Колючие пряди щекочут мою ладонь, и мне это нравится.
— Ты говоришь о двадцати годах, Массимо. Кто бы вложил столько времени и усилий?
— Кто-то очень умный, кто может позволить себе играть в долгую игру. Кто-то с большим терпением. — Последний раз лизнув мою ключицу, он наклоняется и кладет последнюю пуговицу между моими грудями.
Неужели мое обнаженное тело только что превратилось в шахматную доску?
— Я думаю, что за всем этим стоит нечто большее, чем жажда власти.
Это что-то личное, — добавляет он.
— Но почему?
На его лбу появляется морщина, и его прищуренный взгляд скользит по мне."
"— Понятия не имею. Давай посмотрим правде в глаза, я не совсем приятный парень. Каждый из капо мог бы выиграть, если бы меня убрали из поля зрения. При должной поддержке любой из них мог бы претендовать на место дона. Однако я не вижу, чтобы у кого-нибудь из этих придурков хватило стойкости так долго идти до конца.
И до прошлой недели никто из них не знал, что все это время Семьей управлял я.
— Сальво знад.
Он вскинул глаза, найдя мои.
— Если бы. Это был бы отличный повод придушить ублюдка, и я бы сделал это без капли сожаления. Не могу поверить, что этот сукин сын посмел заявить на тебя свои права. Если бы это был кто-то другой, он давно бы уже сдох и гнил где-нибудь в канаве. Но это не он. Сальво помогал мне с самого начала.
