— Моя бессонница тоже появилась не просто так, — вдруг нарушил он тишину, — Но в отличии от тебя, на моих руках гораздо больше крови.
Курт начал свой рассказ. Он говорил долго, и дрожь шла по моему телу. Он говорил о таких ужасах, от которых волосы вставали дыбом. Уверена, он рассказал не все, пожалел меня. А, может, ему самому было тяжело вспоминать. Когда он говорил, я не удержала своих слез. Они потекли по моим щекам, ведь сердце ныло от того, что нам приходилось делать.
— Мы ведь не виноваты, правда? — спросила я с надеждой, глядя прямо во влажные глаза Курта.
— Нет, Анна, не виноваты, — ответил он, прижав меня к своей груди.
Я слушала биение его сильного сердца, а он целовал меня в макушку, вороша волосы.
— Так холодно, — сказала я, — Хочется согреться.
— Я бы согрел тебя, сладкая, да сам мёрзну, — тихо сказал Курт, — Я испугался, Анна. Когда впадал в ярость, думал, что не увижу тебя в живых, когда очнусь. Я не смог бы с этим жить.
Не в этот раз.
Я приподнялась, взглянув в его печальное лицо… и поцеловала. Сама поцеловала. Он ответил мне взаимностью.
— Ты уверена? — спросил Курт, отнимая свои губы от моих.
— Я знаю, как нам согреться, — ответила я, Курт ловко положил меня на спину, разделся, и наконец-то вошёл в меня.
— Ого, — удивился он, с лёгкостью скользнув в меня, — Ты очень мокрая. Так быстро?
— Мне нравится, — призналась я, с наслаждением чувствуя, как Курт двигается во мне, — С самого начала нравилось.
— Слушай, может и стонала ты натурально, ну тогда, в прошлый раз? — мне нравилось и то, как Курт всемуудивляется.
— Угу, — кивнула я, — Если честно, я в первый раз в жизни получила оргазм. Мне показалась, что я вижу звёзды, — хихикнула.
— Эх, рыжуля! — Курт сделал несколько напористых, но бережных толчков, а я выгнулась от удовольствия, — Я, значит, огого какой! Со мной ты всегда будешь видеть звёзды! Мужчина так воодушевился и стал таким важным, будто, как минимум, спас человечество.
Ну все, завтра он будет ходить и гордиться, а мне придется терпеть его напыщенную важность и самодовольные ухмылки."
"Он целовал меня, не переставая двигаться. Курт все время спрашивал, удобно ли мне и как больше нравится. Это было так забавно и необычно — я говорила, как мне приятней, и он с каким-то азартом это выполнял. Будто оттачивал движения, чтобы довести меня до вершины наслаждения.
