Мы проходили лишь самые основы клинописи, но ради интереса я прочитала несколько книг и знала некоторые знаки. Узнала и этот. Его высочество поставил на мне печать клятвы. Заклеймил своей волей.
— Это что… Это печать клятвы? — недоверчиво спросила я, рассматривая руку. Знак вспыхнул и пропал. В следующий раз он появится только тогда, когда я нарушу клятву, которую не давала. Если нарушу.
— Она самая. Ты поклялась, что никому и никогда не расскажешь о том, что видела сегодня в этой эйховой аудитории, — спокойно подтвердил Даррел.
Его глаза потухли и стали обыкновенными — голубыми.
— Но я не клялась! Я не давала никакой клятвы!
— Ты дала слово чести, этого более чем достаточно, особенно если печать немного модифицирована. Кстати, замечу, что за язык я тебя не тянул, адептка, — насмешливо ответил принц. — Нарушишь клятву — гореть от боли будет не только рука, а все тело. Каждое мгновение твоей жизни. Так что не советую этого делать. Что ж, мне пора. Надеюсь, мы никогда не встретимся.
Принц развернулся ко мне и хотел было выйти, но я остановила его.
— Ваше высочество! Вы дважды нарушили закон! Вы использовали запрещенные символы клинописи. Заставили меня принести клятву против воли, — твердо сказала я ему в спину, чувствуя, как подступает третья волна — на этот раз ярости. Обжигающей и горячей, такой же, как моя стихия. Как он только посмел поставить на мне это клеймо! Я и не думала, что наследный принц империи может быть таким… отвратительным! Он совершил преступление, пусть и мелкое.
И не понесет за него наказание, как обычные маги. Потому что принц. Потому что ему можно делать все, что запрещено другим. Потому что имеет власть.
Проклятье! Терпеть не могу несправедливость!
Идеальный образ принца, который и так дал трещину, осыпался на множество осколков.
Даррел повернулся и одарил меня выразительным взглядом. Опять смотрит, как на насекомое!
— Сама виновата, — пожал он плечами. — Кто заставил тебя сидеть в этой конуре?
— Нашей вины в этом поровну, ваше высочество, — ответила я, изо всех сил сдерживая эмоции.
— Если ваш разговор был таким конфиденциальным, могли бы для начала проверить, одни вы в аудитории или нет.
Даррел приподнял бровь. Он знал, что виноват сам, но не собирался признавать это. Я терпеть не могла таких людей!
— Не советую разговаривать со мной в таком тоне. Я не твой дружок.
— Что вы, ваше высочество, вам показалось. Разговариваю с вами со всеми уважением, на которое способна.
