— Ну-ка, скажи, откуда на территории темных взялась стихийница? Или ты думаешь, что я должен поверить, что занятия по стихийной трансформации проводят в аудитории по теории темной магии?
Для того, кто только вчера прилетел в академию, принц оказался крайне осведомленным. Хотя, наверняка он просто очень внимательный — заметил книги по темной магии и нашивку на моем пиджаке."
"— Я все объясню, ваше высочество! — воскликнула я, чувствуя, как горят щеки. — Я на час раньше пришла на экзамен, и решила попрактиковаться в пустой аудитории, но нашла только эту — остальные были заперты! Я не темная, я действительно стихийница! Огневик! У меня и в мыслях не было…
— Замолчи, — велел принц.
— Из-за твоих воплей у меня заболела голова.
— Но, ваше высочество…
— Я сказал — замолчи.
Я сглотнула. Почему он не хочет выслушать меня до конца? Почему это высокомерие так и льется на меня, как грязная вода из ведра на голову нерадивому прохожему? Говорили, что он идеальный… А идеальные люди понимающие.
Даррел перестал, наконец, рассматривать свои ногти и сделал ко мне несколько шагов. Я инстинктивно начала отступать, но уперлась лопатками в полки. Принц приблизился ко мне так, что между нами почти не осталось расстояния, заставляя мое сердце болезненно сжиматься. И вдруг взял меня за подбородок, больно задрав голову вверх. В этом жесте не было ничего романтического или милого. Это было унизительно. Даррел был сильнее и выше — я достигала ему лишь до плеча, а, самое главное, он был принцем.
Я не могла ему возразить. Все, что мне оставалось — лишь крепко сжать зубы, чувствуя на подбородке его прохладные пальцы.
— Я достаточно наслушался твоего бреда, адептка, теперь ты послушай меня, — зашептал Даррел, чьи глаза стали опасно светиться. Он смотрел на меня, как на жалкое насекомое, которое ему нужно было прикончить, дабы не мешало.
— Слушаю, ваше высочество, — едва выговорила я, тотчас отводя взгляд.
— Ты видела все. Слышала все. Знаешь секрет, который не должна знать.
Я не могу оставить это просто так. Посмотри на меня! — велел принц властно, сжимая мой подбородок до легкой боли, но я отчего-то знала, что не должна этого делать. — Я теряю терпение. Смотри. Мне. В глаза.
В какой-то момент я все же сдалась — все-таки подняла на него взгляд. И поняла, какие невероятные у него глаза. Ярко-аквамариновые, светящиеся в полутьме комнатки. С вертикальными зрачками. Немигающие. Полные ярости. Драконьи.
