— Но, если хочешь, милочка, я тебе прямо в глаз плюну, чтобы попусту не болтала.
Глаза Этель гневно расширились. Руки сжались в кулаки.
— Да как ты сме…
Том ткнул ее в бок, и девушка от неожиданности закашлялась.
— Дайте четыре пирожка на палочке. А лучше шесть, — с широкой улыбкой сказал торговке Том. — Вы извините, госпожа. Это моя сестра, она из глухой деревни в Восточной провинции. Совсем ничего не знает.
— Вижу, что не принцесса, — проворчала та, смягчившись от его улыбки. — Чай, одета как эйх на выгуле.
Удумали моду — мужское одевать.
— Надевать, — поправила ее Этель."
"— Без тебя разберусь, — рявкнула торговка, и Тому снова пришлось улыбаться, дабы задобрить торговку, которая при них начала делать пирожки и обжаривать их на огне. Едва только он забрал бумажный кулек и расплатился, откуда-то из-за угла появились полицейские. Кто-то закричал: «Полицаи идут!» И торговки спешно стали сворачивать свою передвижную лавку, чтобы скорее убраться подальше. Их покупатели бросились в россыпную. Том подхватил Этель за руку и потащил за собой, заставляя быстро-быстро передвигать ногами.
Остановились они лишь на пешеходном мосту, перекинутому через заледеневший канал, по которому можно было кататься на коньках. Том облокотился на перила и, разглядывая окрестности, стал с удовольствием есть пирожки на палочках в форме зверюшек.
— Хочешь? — спросил он Этель и сунул один из пирожков ей под нос.
— Я такую гадость не ем, — вздернула она носик.
— Ну и не надо, мне больше достанется, — с удовольствием откусил голову медвежонку Том.
— М-м-м, земляничный.
Пахло от них волшебно, и Этель сглотнула. Она была голодна.
— Видишь, я живой, не отравился. Попробуй и ты, — протянул ей пирожок в виде кошки Том. — А то смотришь на меня несчастными глазами, кусок в горле встает.
— Не хочу, — поморщилась девушка.
— Ну и не надо, — с аппетитом продолжил жевать Том.
— Что, не будешь меня уговаривать? — спросила Этель.
— Больно нужно. Сказал же — сам все съем.
— Ты говоришь так, как раньше говорил мой старший брат, — почему-то призналась она.
— Все всегда уговаривали меня поесть, кроме него. А он говорил, что сам все съест.
— И как, съедал?
— Ну конечно! Ни крошки не оставлял.
— Я тоже не оставлю. Вкус — потрясающий, — помахал перед ней пирожком Том, и Этель с ловкостью выхватила его.
— Нет уж, пожалуй, попробую. Из чувства противоречия!
Девушка с опаской обнюхала пирожок и надкусила его. Задумчиво прожевала, склонила голову на бок, задумалась.
