Сияющая стрела больно уколола меня в плечо и мгновенно растворилась в теле. Руки и ноги мгновенно перестали подчиняться, и я, вскрикнув, упала на пол. Хорошо, что голова оказалась на руке, а не ударилась о каменные плиты.
Адептки обступили меня, и я видела струящиеся подолы их дорогих платьев и роскошные туфли. Им было весело, а во мне все переворачивалось от злости и беспомощности. А откуда-то изнутри вновь стала тихо-тихо подниматься та странная сила, которая пробуждалась во мне при нападении в прошлый раз, но погасла.
Я ощущала себя так, будто бы стояла по щиколотку в море этой самой незримой силы. И его уровень становился все выше и выше.
— Четверо на одну, — рассмеялась я хрипло. — Нечестно, девочки.
— Да ты что? Нечестно? — пропела Кэрилл, присаживаясь рядом со мной.. — Войны вообще не бывают честными, Белль. А за содеянное нужно платить. Мы накажем тебя вместо Евы. Это тебе за царапины на моем лице.
И она ударила меня по лицу. Больно.
Море силы поднялось по колена.
— А это — за слезы моей подруги.
Еще один удар. Еще одна вспышка боли. Она разбила мне губу — до крови. Наверное, зацепила кольцом.
— И твой темный нам ничего не сделает! — выкрикнула одна из них."
"— Я сама сделаю, только дайте время, — глухо пообещала я, ненавидя себя за то, что не могу пошевелиться. Просто лежу на боку, пока они стоят надо мной и веселятся.
— Да что ты нам сделаешь? Ты невысокородная! Ты никто!
— Нищенка, которая пришла в нашу академию и посмела так поступить с нашей Евой!
— Дрянь белобрысая!
Железный вкус крови на губах раззадорил меня, и странная сила внутри стала ощущаться сильнее.
Я стояла в море по бедра.
Девицы не знали, что со мной происходит. Они расхохотались и живо принялись обсуждать, как поступят — громко и со вкусом. Чтобы мне было страшно. Они чувствовали себя безнаказанными, и я понимала, что такое они проделывали не раз, да только не несли наказания. Они ведь избранные.
Наверняка запугивали своих жертв, говорили, что сделают так, чтобы их отчислили. Простые девочки вроде меня считали за огромную удачу попасть в академию Эверлейн — она действительно давала огромные возможности. И цеплялись за нее всеми силами. Знала бы я, что здесь твориться такое, не поддалась бы на уговоры бабушки, и не поступала бы!
— Может быть, нашлем на нее проклятие уродства? — продолжали девицы, поглядывая на меня сверху вниз.
